Попробуйте мысленно воспроизвести начало Пятой симфонии Бетховена. Скорее всего, получится знакомое: та-та-та-та-а-ам. Три коротких звука и один длинный. Кажется, первый звук и есть начало — тот самый первый удар, от которого всё отсчитывается. Но если открыть партитуру, обнаруживается неожиданная вещь: первым в Пятой симфонии записан не звук, а пауза. Речь не о тишине перед тем, как оркестр начал играть. Пауза стоит внутри самого первого такта — и показывает, где на самом деле находятся знаменитые четыре звука...

«Так судьба стучится в дверь». Этой фразой обычно объясняют первые четыре ноты Пятой симфонии Бетховена. Три коротких звука, один длинный, затем тот же ритм повторяется на других нотах. Сравнение со стуком легко понять: оркестр звучит резко и после каждого удара словно замирает. Но история самой фразы не так проста. Её записал Антон Шиндлер, один из первых биографов Бетховена. По его словам, композитор сам так описал начало симфонии. Шиндлер рассказал об этом уже после смерти Бетховена, а к точности его воспоминаний у исследователей есть вопросы. Поэтому мы не знаем наверняка, говорил ли Бетховен эти слова...