— Ниночка, ты только не нервничай, но у меня теперь есть норка цвета колотый лед, — пропела в телефонную трубку Евгения Владимировна, и на заднем плане отчетливо звякнула магазинная вешалка. Нина замерла с тряпкой в руках посреди прихожей. В середине октября в типовой трехкомнатной панельке жизнь обычно текла по предсказуемому руслу: из щелей балконной двери уже потягивало промозглой сыростью, батареи только начали еле слышно побулькивать ржавой водой, а на обувной полке теснились резиновые сапоги и громоздкие теплые куртки...