Роды у жены рикши начались вечером, а кончились в третьем часу ночи. Младенец закричал громко, сердито, на всю Фуцзядянь — и Елена Григорьевна, слушая этот крик, подумала, как думала тысячу раз: самый надёжный звук на свете. Она обмыла мальчика тёплой водой, уложила к матери, долго показывала бабке, как пеленать. Бабка кланялась и говорила по-китайски; слов было не разобрать, но кланялась она так, что слов и не требовалось. Рикша, сутулый, с впалой грудью, молча протянул узелок: два серебряных доллара, зашитые в тряпицу намертво, — видно, откладывали понемногу...