Он написал эту строчку в юности, когда весь мир лежал у его ног, а впереди была целая вечность. Семнадцать лет, Нижегородская глубинка, первые стихи, первые восторги. Казалось бы, что может пойти не так? Талант есть, вера в себя - океан, вся жизнь - как чистый лист, на котором можно написать что угодно. Он написал: «Я буду жить до старости, до славы…». Искренне. С горячим сердцем. С полной уверенностью. А жизнь взяла и перечеркнула всё. Жестоко. Без предупреждения. Ему было тридцать. Тридцать лет, расстрел, двадцать лет полного забвения...