Если читать «Евгения Онегина» только как историю Онегина, Татьяны и Ленского, гастрономические подробности легко проскочить глазами. Между тем Пушкин оставил в романе настолько конкретные названия блюд, вин и продуктов, что несколько строф позволяют заглянуть в реальный ресторанный мир Петербурга 1820-х годов. И это совсем не привычная картинка «русской кухни» с кашей, щами и самоваром. Молодой обеспеченный дворянин Онегин отправляется в один из известных петербургских ресторанов, где его ждут ростбиф, трюфели, страсбургский пирог, лимбургский сыр и французское шампанское...

Роману в стихах «Евгений Онегин» скоро стукнет 200 лет. Многие когда-то очевидные современникам Пушкина строфы уже непонятны людям нашего времени. Анализ таких фрагментов — не чисто филологическое развлечение, но возможность узнать больше о нравах прошлого и жизни поэта. Когда Пушкин еще не «наше все» «Друзья Людмилы и Руслана! С героем моего романа Без предисловий, сей же час Позвольте познакомить вас» В самом начале произведения есть странная строчка. Одни читатели не понимают ее смысла совсем, другие думают, что здесь автор обращается к героям поэмы «Руслан и Людмила». Все намного проще: «Руслан и Людмила» была первой законченной поэмой Пушкина, и она расколола читателей на два лагеря...