Чего ожидает читатель от книги с названием "Детство"? Светлых воспоминаний о маме, играх, друзьях? Ничего подобного нет у Горького. С первых страниц повесть бросает нас в океан бед - она начинается смертью любимого Алёшей отца, родами матери и смертью младенца. Максим Пешков был веселым, любящим, дружно жил с матерью, играл с сыном. И вдруг мир Алеши переворачивается. Мать становится чужой, не замечает ребёнка, как будто сама её душа умерла вместе с мужем. В доме Кашириных, куда переезжают мать с сыном, нет не то что любви - нормальных человеческих отношений...

Такое приятное, такое нежное название книги - «Детство», что ожидания совершенно не совпадают с реальностью. Наверно мы живем в совсем уж тепличных условиях, чтобы принять в себя мысль о, например, наказании розгами до состояния располосованной в лохмотья кожи. Это что-то на языке насилия и никак не вяжется с обыденностью. Однако для тех времен это и есть обыденность вполне естественная. Сперва отталкиваешь от себя эту книгу, набитую горестями, болями физическими и духовными, страданиями непомерно...