Слабый, дрожащий свет монитора планшета отражался в расширенных зрачках мальчика. Его тонкие пальцы порхали над клавишами синтезатора, извлекая из инструмента каскады звуков. Мелодия, рожденная в цифровой утробе партитуры, заполняла комнату, сплетаясь с тихим гулом работающей техники. На пюпитре, вместо привычных нотных листов, красовался плоский прямоугольник – окно в мир бесконечных возможностей, где каждый звук был кодом, каждая нота – алгоритмом. В дверях возникла фигура отца. Высокий, с чуть надменным выражением лица, он казался чужаком в этом царстве юного гения...