Гоген выехал из госпитальных ворот в начале седьмого. Над степью стоял туман, серый и сырой, фары пробивали его метров на двадцать, а дальше начиналась мокрая водяная вата. «УАЗик» выдали накануне вечером: транспортная служба наскоро привела его в порядок, подкачав шины и долив топлива, майор Кравченко подписал путевой лист, поинтересовавшись только, не стоит ли им в дорогу с собой дать ещё канистру бензина. Художников согласился на всякий случай, положил её под заднее сиденье. Когда выезжали, дежурный...