Лилия Кондина | Творчество

Миссия белки. Глава 1. Пробуждение. Как сыро и свежо. Немного приоткрыв глаза и щуря их от ярких лучей солнца, пробивающихся через высокие стволы деревьев, я поняла, что проспала уже много дней. Добрая рыжеволосая белка уже заплетала мне косу, а ее угощение лежало на мокрой траве. По всему телу пробегала приятная дрожь. Когда длинная толстая коса была уже готова и угощение скушано, я улыбкой поблагодарила белку и попыталась встать. Все тело дрожало и покрылось мурашками. От того что я так долго проспала, ноги не слушались, но через несколько попыток и с помощью белки мне удалось встать. Босыми ногами наступая по мокрой траве шатаясь, я шла, рассматривая все эти величайшие деревья, которые окружили меня и стояли так, что нельзя было пройти. Но мне нравился их величественный стан и как грандиозно они меня встречали этим утром. Придя в себя от долгого сна, я лучше стала контролировать свою походку под пение птиц. Мне хотелось петь и танцевать.

Ева. Глава 6. Сбылось! Ева проснулась рано, но не от будильника, а от мягкого солнечного света, который пробивался сквозь тонкие льняные занавески. Она не вскочила в панике, не проверила телефон на предмет срочных сообщений и не подумала, что куда-то опаздывает. Сегодня ей никуда не надо было торопиться, потому что этот день, как и все предыдущие несколько лет, принадлежал только ей. Она потянулась в теплой кровати, наслаждаясь ощущением свободы. Просторная комната, залитая светом, пахла свежей бумагой, красками и чуть уловимым ароматом кофе, который уже готовился в кухне. Окно было приоткрыто, и доносился щебет птиц, перемежающийся с редкими звуками улицы. Ева встала, накинула легкий халат и босиком пошла к столу, где лежала ее новая картина. Акварельные мазки нежно ложились на бумагу, создавая живую, дышащую композицию. На этой неделе ей предстояло закончить работу для предстоящей выставки. Она улыбнулась. Она больше не думала о том, «настоящая» ли она художница. Ева знала – да, она художница, писательница, творец своей жизни. Она сама себе дала это право. На кухне уже стояла чашка ароматного кофе. Она медленно пила его, глядя в окно. Где-то вдалеке виднелся парк, где она иногда гуляла, набираясь вдохновения. Сегодня ей нужно было написать обзорную статью для блога, поработать над новым романом и сделать наброски для книги иллюстраций. Все это было ее работой. Работой, которую она выбрала, которую она любила. Раньше ей казалось, что успех – это что-то грандиозное, громкое, публичное. Но теперь она знала, что успех – это просыпаться утром и понимать: ты там, где хочешь быть. Она могла писать, могла рисовать, могла наслаждаться каждым днем, не оглядываясь на чужие ожидания. Она вспомнила своих тетушек. «Должна» и «Надо» все еще иногда шептали ей в голове, но теперь они не приказывали, а подсказывали. Она действительно научилась быть ответственной и организованной, но не в ущерб себе. «Хочу» теперь не просто мечтала – она делала.

Ева. Глава 5. Три тетки Евы. У Евы были три тетки. Они жили далеко в горах и навещали ее редко, но метко. Старшую звали Должна. Она была строгая, своенравная и уверенная в том, что дела должны быть сделаны немедленно и без обсуждений. Она твердила Еве: — Ты должна быть скромной. — Ты должна быть послушной. — Ты должна быть хорошей хозяйкой. — Ты должна быть мудрой мамой. Среднюю тетку звали Надо. Она тоже не терпела возражений и говорила: — Тебе надо учиться и получить высшее образование. — Тебе надо работать, чтобы у тебя были деньги на прокладки и помаду. — Тебе надо быть примером для других. Младшая же, Хочу, была совсем другой. Она была доброй и ласковой, всегда жалела и понимала Еву. Она шептала ей на ухо: — Я хочу быть счастливой. — Я хочу быть здоровой. — Я хочу творить и радовать людей. — Я хочу просто жить. Однажды тетки снова приехали к Еве, но на этот раз не просто с наставлениями. Они устроили пир в ее доме — с долгими разговорами, смехом и тостами. Должна подняла бокал с чаем и сказала: — Знаешь, я не просто так учила тебя быть ответственной. Это помогает не теряться в жизни. Надо поджала губы, но тоже признала: — Образование и работа важны, но если они не делают тебя счастливой, их можно подстроить под себя. А Хочу улыбнулась и добавила: — Твоя жизнь — это твой выбор. Но знай, иногда желания и обязанности могут идти рука об руку. Ева слушала их и вдруг поняла: она может быть разной. Она может хотеть и делать. Может учиться, но не забывать про радость. Может работать, но не превращаться в машину. Может быть хорошей хозяйкой, но не жертвой быта. С того дня в ее доме царили мир и гармония. Тетки навещали ее чаще, но теперь не только с наставлениями, а с добрыми историями и советами. А Ева? Она жила так, как хотела — счастливо, свободно и с уважением к опыту своих тетушек.

Ева. Глава 4. (НЕ) твои. С годами Ева копила — опыт, знания, мнения. Но вместе с этим копились и чужие установки. Какие-то свои, какие-то навязанные. Родные хотели, чтобы она стала аптекарем, библиотекарем или бухгалтером. Профессии — стабильные, понятные, «правильные». А Ева мечтала быть художником. — Художник — это не профессия, — говорили ей. — А вот аптекарь! Белый халат, тёплая аптека, всё по полочкам. — Или библиотекарь! Там книги, тишина, уют. Ева слушала, соглашалась, пыталась вжиться в чужую мечту. И вот — годы спустя — она отрабатывает смены в аптеке. Молча моет полки. Отвечает бабушкам. Удерживает мужчин, у которых не слова, а запах. Объясняет наркоманам, что кодеин под запретом, нурофен — без шансов, и вообще пусть идут лечиться. — Шли бы лучше на реабилитацию, а потом работать, — думает она, наливая чай подруге Людке. Она смотрит в окно. Тающий снег. Серое небо. И всё та же мечта: быть собой. Рисовать картины. Продавать их. Жить среди красок, а не упаковок. Писать книгу «Как стать тем, кем хочешь». Бегать с детьми, обниматься с мужем на пляже, жить в маленьком доме в деревне. А пока — работа с восьми утра до десяти вечера. Два через два. Один выходной на отсыпание, другой — на визит к родителям. Ни личной жизни, ни семьи. А когда всё это начинать? Детей не купишь, как собаку. Она знает: время идёт. Но где-то внутри уже зреет решение. Пока тихо. Пока как росток под землёй. Но оно есть.

Ева. Глава 3. Пирамидка. О потребностях человека говорят часто — в школе, в университете, на лекциях по психологии. Ева услышала об этом впервые всерьёз на первом курсе педагогического. Преподавательница с упорством говорила о пирамиде Маслоу, а Ева задумалась: а как выглядит её собственная пирамида? Её захватило это размышление. Она решила даже написать доклад на эту тему, разложить всё по полочкам. Начать хотела с вершины — с самовыражения. Но пришлось вернуться к самому основанию — физическим потребностям. В голове всё путалось. Особенно — социальные потребности, признание, любовь, уважение. Она легко уважала других, слушала их, старалась соответствовать. А вот уважать себя, любить и слышать — не умела. Она боялась делать то, что хотелось. Потому что не знала, как это — быть собой, говорить миру о себе. Казалось, что для этого нужна особая смелость. Или волшебная палочка. Или хотя бы мантия-невидимка, чтобы никто не осудил. Ева хотела чувствовать себя значимой. В своих глазах. В глазах других. Хотела чувствовать безопасность, даже если угроз не было. Но душа была изранена детскими страхами, душа всё ещё пряталась в скафандр, выдуманный от боли. Но и она, и мы знали: поможет только вера в себя. Только она сможет снять очки страха и снова научиться жить — с нуля, но по-настоящему.

Ева. Глава 2. Бог желаний. Еву понимал не только её лучший друг — плюшевый мишка Тимка, но и ещё один особенный спутник. Кто-то невидимый, мудрый, живущий внутри неё. Он не был богом в религиозном смысле, но был как внутренний наставник — добрый, внимательный, немного строгий, но бесконечно любящий. Он вёл Еву невидимой рукой — туда, где ей действительно нужно было оказаться. Когда путь был трудным, Ева словно держалась за его ладонь, осторожно ступая по земле. Когда всё было знакомо, она игриво цеплялась за его указательный палец. Она чувствовала его поддержку в каждом вдохе, в каждом принятом решении. Она просила у него одного — дать ей силы расслабиться, довериться миру. А у себя просила — научиться верить в себя. Этот внутренний спутник обнимал её за плечи, согревал изнутри, приводил в её жизнь незнакомцев, которые оказывались проводниками. Они помогали Еве раскрыться, увидеть себя, сделать шаг к мечте. Он верил в неё. В то, что она позволит себе быть живой. Что отдаст своё тело — разуму, чувствам, желаниям. Что, подобно розе на сухом пне, распустится и зацветёт. И заживёт, наконец, по-настоящему — в гармонии с телом и с внутренним страхом.

Ева. Глава 1. Детское желание. Где-то в огромном мегаполисе жила девочка по имени Ева. У нее были заботливые родители, которые безгранично любили ее. Несмотря на трудные времена, они всегда находили возможность порадовать дочь — то подарить куклу Дашу, то плюшевого мишку Тимку. Они старались быть рядом, поддерживать и окружать теплом. Сначала Ева ходила в детский сад, а затем в их семье появился младший брат Колька, требующий всё внимание родителей. Ева с радостью играла с ним, давая маме время на готовку и уборку. В их доме часто бывала соседка баба Шура — добрая, улыбчивая старушка. Она помогала ухаживать за Колькой, а родители Евы, в свою очередь, помогали ей по хозяйству. Так в семье, точнее, у Кольки, появилась няня Шура. Но на Еву тоже возлагали большие надежды. Как старшей сестре, ей приходилось не только учиться, но и помогать по дому, заботиться о брате, а иногда даже заполнять за него дневник в первом классе. Она была тихой, скромной девочкой. Её зажатость замечали окружающие, особенно один мальчишка по имени Ромка. Он часто дразнил её, выводил из равновесия, но Ева никогда не жаловалась. Она просто тихо плакала, но никому не рассказывала о своих обидах. Никому, кроме плюшевого мишки Тимки. Самым большим её желанием было, чтобы её заметили. Чтобы любили такой, какая она есть. Чтобы дали ей свободу делать то, что она хотела, а не то, что навязывали родители, учителя и общество. Однажды её даже не досчиталась учительница. Этот момент был одновременно смешным и печальным. Ева мечтала по-настоящему жить, дышать, творить. Она хотела быть подобной Богу — Творцу. Создавать чудо, нести добро, быть счастливой и свободной. Свобода для неё значила принятие: чтобы окружающие принимали её такой, какая она есть, чтобы она сама поверила в себя и сбросила маску замкнутости. Только её плюшевый мишка Тимка понимал её без слов. Он был мягким, добрым и всегда терпеливо слушал, впитывая её горькие слёзы. Тимка был её самым лучшим другом.

Единицы наверное, видели и знают, что такое эпилепсия и как эпилептический приступ (припадок) проявляется. Но приступы у всех по-разному проходят. И так как они проходят у всех по-разному, к ним и разная помощь требуется. Приступ, который меня настигает это не только больно, но и страшно. Очень страшно. Страх возникает с первой же секунды, когда я вздрагиваю и меня сковывает. В мыслях крутится только: как бы не упасть, как бы не развился приступ, а кто поможет, чтобы больно не было. Или: опять, больно, “как же я устала”. За что? А самый большой страх это еще тот, что будет очень долго, мучительно и больно. Так как у меня было уже много раз. Во время которого во время и после приступа я плакала, сопротивлялась этому аду, этому дьяволу и просила пощады. Блин, да вы не поймете. Это пытка напоминающая сжигание на костре. Эх. Ладно. Опишу свой страх. Это мучительно. Раньше (до родов) приступы у меня проходили во сне, я даже не понимала, в сознание приходила от боли и от того, что скорая приехала. А после родов, произошла гормональная перестройка и поменялись приступы. Они начали происходить в сознании. И все приступы практически протекают одинаково. Сначала меня сковывает. Начинает дергать и вести вправо, как в танце, поворот сначала глаз с подергиванием вправо и вверх. Блин…. страшно даже описывать это…. блин….. не хочу… во все тело наступает дрожь и сводит… Стоит ли дальше писать??... Или я трус? Поддамся слабости?......... Жесть… Меня начинает крутить, как в танце, глаза - за глазами поворачивается голова, за головой тело и все это с подергиванием, и с адской болью, во всем теле. Потом начинается самое интересное… Хочешь дальше читать? Ты может думаешь, что я наркоманка?? О нет! Наркоманы не то, наверное, чувствуют. Не знаю, что даже и лучше… Так как я эпилептик, а не наркоман. Блин, что за испытание… Но если я не расскажу, так и буду его бояться и прятать его, как трус. А он будет издеваться дальше, сука. Потом добавляется, сжатие и боль тела, такая что тебя как тряпку выжимают до последней капли. Плюс ты чувствуешь что у тебя сейчас сердце вылетит от таких скачков, пробьет дырку в грудной клетке. Вместе с этим открывается сильное слюнотечение и непроизвольное сжимание челюсти и я иногда прикусываю себе язык. Вот в таком положение меня крутит по кровати волчком, а если муж держит, то на одном месте. И этой боли я боюсь, а еще боюсь того, что это состояние будет длиться так долго, что мое сердце или мозг не выдержит и остановится и я умру. Нет я не боюсь самой смерти. Когда настает смерть я попаду в ад или в рай, душа попадет, а мое тело отдадут на органы или кремируют, или закапают. Я боюсь мук, боли, ада, я боюсь попасть в ад и мучаться этими приступами вечность. Я не представляю как мой организм выдержал уже столько приступов??? И с каждым разом кричу со слезами: “За что мне это? В чем я виновата? Зачем мне такое испытание? Чтоб попасть в рай? Или что??” И никогда на эти вопросы не найду ответы. Самое важное я поняла для себя, что надо жить так, как говорит нам Библия и не подаваться Дьяволу и не делать плохого и даже мыслить. Иногда мне даже хочется уйти в монашки и служить церкви. Но для начала нужно изучить всю Библию и читать все молитвы, которые знаю с детства. Благодарю бабу Лену за православные уроки и что привила любовь к церкви. Еще надо избавиться от скромности, от замкнутости, от стыда при входе в церковь и не обращать ни на кого внимания. Не знаю почему я замыкаюсь в храме. И полюбить себя такую как я есть. Принять себя, свою болезнь, принять окружающий мир. Начать доверять, а не оценивать и оправдывать. Учиться находить положительные стороны, хорошие и позитивные вещи. Любить этот мир, людей, небо, и всех и всё вокруг. О, Боже! Я написала про свой большой страх! Я много лет живу с эпилепсией. Сегодня впервые рассказала о своём самом большом страхе. Ура! Победа! Фух! P.S. Как-нибудь напишу про напряжение, которое является толчком к паническим атакам, а они в свою очередь к приступам.

Когда-то я тоже думала, что манга — это просто японские комиксы с огромными глазами персонажей. А аниме и манга вообще казались чем-то исключительно для подростков. Но чем больше я изучала эту тему, тем больше понимала, насколько это распространённый миф. На самом деле манга — это огромный мир историй для самых разных возрастов. Есть произведения для детей, подростков, взрослых мужчин и женщин. Есть комедии, детективы, исторические драмы, психологические триллеры, фантастика и даже серьёзные философские произведения. Самое интересное для меня оказалось не это. Главная особенность классической манги — её чёрно-белая графика. Многие считают отсутствие цвета недостатком, но именно в этом кроется её сила. Когда художник лишается возможности воздействовать на читателя яркими красками, на первый план выходят эмоции, композиция, линии, штрихи и текстуры. Настроение передаётся не цветом, а характером рисунка. Наверное, поэтому многие читатели так любят мангу. Она может быть бесцветной внешне, но при этом очень насыщенной эмоционально. История манги уходит корнями далеко в прошлое Японии. Современный вид она приобрела после Второй мировой войны, когда цветная печать была слишком дорогой. Чёрно-белый формат оказался практичным решением и со временем стал частью её художественного языка. Манга сильно отличается от западных комиксов. Здесь больше внимания уделяется внутреннему миру персонажей, их переживаниям и развитию. Часто задача автора не просто рассказать историю, а заставить читателя прожить её вместе с героями. Как иллюстратору мне всегда было интересно наблюдать, как авторы манги работают с формой, ритмом кадров и эмоциями персонажей. Особенно это может быть полезно тем, кто любит минимализм, графику и выразительные линии. Сейчас я уже не рисую в стиле манга. Но знакомство с этим направлением многому меня научило: передавать настроение можно не только цветом. Иногда достаточно нескольких штрихов, чтобы рассказать целую историю. А вы когда-нибудь читали мангу? Или до сих пор считаете, что это просто «комиксы с большими глазами»? P.S. На фотографии мой первый набросок, срисованный с учебника по рисованию манга. Рисовала в программе Adobe Photoshop с использованием графического планшета Xp-Pen Artist и стилуса.

Когда я только начинала заниматься дизайном и иллюстрацией, мне казалось, что успех зависит только от умения красиво рисовать. Я часами сидела в Illustrator и Photoshop. Подбирала цвета, искала свой стиль, изучала уроки, сравнивала свои работы с чужими. И постоянно думала: «Вот ещё немного подтяну навыки — и клиенты сами придут». Но почему-то не приходили. Зато приходили другие вещи: прокрастинация, зависть к более успешным коллегам, сомнения в себе и ощущение, что я недостаточно талантлива. Со временем я поняла одну важную вещь. Клиенты выбирают не только рисунки. Они выбирают человека. Человека, который умеет слушать, задавать вопросы, понимать задачу и доводить работу до результата. Именно тогда я начала смотреть на профессию иначе. Дизайн и иллюстрация — это не просто создание красивых картинок. Это способ решать задачи с помощью визуального языка. Постепенно я заметила, что сильных специалистов отличают не столько технические навыки, сколько мышление. Они умеют: • понимать задачу клиента, а не только своё видение; • брать ответственность за результат; • объяснять свои решения; • работать даже тогда, когда нет идеального технического задания; • спокойно воспринимать правки и критику; • постоянно учиться и адаптироваться к изменениям; • выстраивать систему работы вместо ожидания вдохновения. Если совсем упростить, то можно выделить три уровня развития. Первый — исполнитель. Он просто делает руками. Второй — мастер. Он понимает задачу и предлагает решения. Третий — система. Такой специалист способен получать хороший результат снова и снова, независимо от настроения, вдохновения или обстоятельств. И сегодня мне кажется, что профессиональный рост начинается не тогда, когда ты рисуешь лучше всех. Он начинается тогда, когда ты начинаешь думать глубже. Когда перестаёшь бесконечно гнаться за идеалом. Когда находишь свой стиль. Когда учишься работать по-своему. И когда начинаешь получать удовольствие не только от результата, но и от самого процесса. А вы замечали момент, когда поняли, что в вашей профессии важны не только навыки, но и образ мышления?