Истории до последней строки

Алексей положил возле хлебницы двенадцать тысяч и открыл дверцу шкафа в коридоре. — Мам, а рубашки где? Мне завтра на работу. — На сушилке. Высохли уже. Он вернулся на кухню с двумя рубашками на плечиках. — А почему не поглажены? Нина стояла у раковины, промывала рис. Вода переливалась через край миски. — Потому что я их не гладила. — Я вижу. Я же деньги оставил. Она выключила кран. Седьмой месяц Алексей жил у родителей. Прежнюю съёмную квартиру хозяева продали, и Нина сама предложила ему пока вернуться...

— Скажи, что я это умею. Оксана положила на кухонный стол распечатку вакансии. Строка про работу в учётной программе была обведена синим. — Что сама в ней заказы вела, — добавила она. — Мы же восемь лет вместе проработали. Анна перестала разливать чай. — Заказы ты принимала. В программу их я заносила. — А какая разница, кто заносил? Я эти заказы наизусть знала. До звонка оставалось минут двадцать. В среду утром Оксана спросила, можно ли дать номер Анны женщине, которая набирала сотрудников на оптовую базу...

Михаил вынул новую удочку из чехла и протянул сыну. — Подержи. Лёгкая совсем. Для нашей поездки взял — сам со старой поеду. Степан не снял с плеча гитару. Так и стоял в прихожей, упираясь чехлом в дверной косяк. — Пап, я не поеду. Михаил опустил руку. — Куда? — На рыбалку. До выезда оставалась одна ночь. Домик у реки был оплачен с пятницы до воскресенья, продукты лежали в холодильнике отдельной стопкой. Ради этих двух дней Михаил поменялся сменами. — Заболел? — У нас в субботу репетиция. — У вас каждую неделю репетиция...

Светлана провела линейкой под последней записью и услышала за плечом: — Зачем нам второй журнал? Артём стоял с курткой в руках. Посетителей уже не было. Из комнаты мастера доносился скрип выдвижного ящика. — Чтобы утром всё сошлось. — Но вы же это уже записали. Он показал на экран. Светлана сама заносила туда каждый заказ: номер квитанции, фамилию, телефон, что принесли и когда обещали позвонить. Вечером переносила записи в толстую тетрадь с синим корешком. — Здесь у меня всё под рукой. — А там разве нет? Она отложила линейку...