ЛАБВойс

Признаюсь сразу: я всю жизнь писал слова как придётся и не считал это пороком. Мне даже приписывают фразу, будто я не уважаю человека, который умеет писать слово только одним способом. Говорил я это про английское правописание — предмет настолько беззаконный, что оправдывает любую дерзость. А потом мне подали лист с десятью русскими словами и предложили расставить ударения. Я взял перо с уверенностью человека, прожившего жизнь среди слов. На третьем слове перо остановилось. На пятом я отложил его совсем...

Главная образовательная конференция планеты вышла на сцену и сказала серьёзным взрослым людям: хватит показывать таблицы. Рассказывайте истории. Речь про ATD 2026 – крупнейший в мире форум по обучению и развитию людей, каждую весну его собирает Лос-Анджелес. Туда съезжаются те, кто решает, чему и как будет учиться бизнес в ближайшие годы. И вот что я увидел в их материалах. Листаю слайды поздно вечером, кофе давно остыл. И на одном – останавливаюсь. Кривая. Та самая, что рисуют сценаристы: предыстория, завязка, развитие событий, кульминация, вывод...

Мне приписывают фразу: «Лучше молчать и показаться дураком, чем открыть рот и развеять все сомнения». Я её не говорил. За полтора столетия мне приписали столько, что я давно махнул рукой: если фраза остроумна, значит, моя, а если глупа – значит, тоже моя, просто я был не в духе. Спорить с этим бесполезно, как спорить с погодой. Но именно этой фразой сегодня руководствуется половина ваших сотрудников. И вот к чему это привело. Вспомните ваше последнее совещание, где вы объявляли какое-нибудь решение...

Меня зовут Марк Твен, и я знаю о страхе публичных выступлений больше, чем хотел бы. Я зарабатывал этим на хлеб, на дом, на долги и снова на дом. И я готов присягнуть на любой удобной вам книге: нет ничего страшнее, чем стоять перед залом и чувствовать, как твой собственный язык принимает сторону противника. Хороший экспромт я готовлю не меньше трёх недель. Это правда, и я не стыжусь её. Публика думает, что остроумие сыплется из меня, как искры из точильного камня. Публика ошибается. Оно сыплется...