Лабиринты историй

— Поднял? — сказала Муза Андреевна. — Тогда и держи его один. Она надела пальто, застегнула все пуговицы, по очереди, не торопясь. Взяла со стола пухлую записную книжку в клеёнчатой обложке, перетянутую резинкой, и сунула в сумку. Григорий, стоявший во главе стола с листом презентации в руке, открыл рот. Но сказать ничего не успел: дверь уже закрылась. Так бывает. Человек гордится, что поднял, и не смотрит под ноги. А под ногами иногда лежит тот, кто двадцать лет придерживал лестницу. Историю мне рассказала сама Муза Андреевна...

— Не решала? — сказала Юлия. — Тогда решай один. Без меня. Она положила ручку на стол, аккуратно, параллельно краю листа. Так кладут вещи, которые больше не понадобятся. Аркадий смотрел на подпись в договоре и ждал, что сейчас начнётся: слёзы, крик, торг. У него в голове был готов целый план, на три хода вперёд. Но ничего не началось. Юлия встала, взяла сумку и вышла из нотариальной конторы. Дверь прикрылась почти без звука. А Аркадий остался сидеть с довольной улыбкой, которая продержалась недолго...

— Это мамино — значит, моё, — сказала Жанна и сгребла всё из шкатулки в сумку. Украшения звякнули о ключи и косметичку. — Мамино? — сказала Надежда. — Значит, и память моя. Жанна усмехнулась, не поднимая головы. Длинные серебристые ногти мелькали над бархатной подкладкой, как птичьи когти. Она не заметила, что в дверях спальни стоит Роман, её брат, и смотрит в пол. А зря не заметила. Потому что через десять минут у Жанны из рук выпала сумка, и то, что в ней лежало, оказалось совсем не тем, чем она считала...

— Выбрала, — сказала Марина. — Дети остаются со мной. И без ваших условий. Станислав Андреевич медленно опустил вилку. На тарелке у него оставалась холодная кутья, которую он так и не доел. За столом сидело человек пятнадцать: родня, соседи, двое Диминых коллег, и все смотрели в скатерть. А Марина, между прочим, держалась за спинку стула так, что побелели костяшки. Если вы думаете, что она была спокойна, то нет. Просто у неё в ту минуту не осталось сил бояться. Но давайте по порядку. Историю мне рассказала Люба, которая торгует пуговицами в соседнем отделе от Марины...

— Пап, ну ты же у нас удобный, тебе не сложно. Забери Мишу из продлёнки, а? — Удобный больше не придёт, — сказал Анатолий Семёнович и положил трубку. Оксана стояла посреди коридора с телефоном у уха, в одном сапоге, и слушала короткие гудки. Муж Вадим, застёгивавший чемодан, замер на корточках и поднял голову. — Что он сказал? — Что удобный не придёт. — Это как? — спросил Вадим. — Он что, заболел? Нет, не заболел. Но давайте по порядку. История эта мне досталась от Оксаны, соседки по даче. Рассказывала...