Кривое колесо | Елена Киреенко

Суровый. Именно так звали Афанасия Ивановича за глаза между собой его подчинённые. Жена дома была, порой, более категорична - "Баран безрогий!", - в сердцах кричала она и выбегала из комнаты, громко хлопая дверьми. Афанасий Иванович к крикам жены за 20 лет совместной жизни привык, внимания на стук дверей, в отличие от любопытствующих соседей, не обращал и продолжал делать то, что считал нужным. В тот черный для него день, начитавшись в очередной раз новостей о новом цифровом мире, в котором места у него ещё не было, Афанасий Иванович решил срочно исправлять это недоразумение. Мужчина он был обстоятельный, с тяжёлым взглядом и "телеграфной" манерой общения. Так дипломатично отзывалась о ней его секретарша Анечка. Жена, как всегда, имела на этот счёт свое особое мнение. По ее словам Эллочка - людоедочка жила и процветала в мозгах мужа. "Как ты вообще с людьми работаешь? Почему они от тебя ещё не сбежали?" - каждый день поражалась она. Что за Эллочка он не знал, поэтому эмоционирование жены проходило им незамеченным. Вот и в этот раз он сказал Анечке, как отрезал: "Делайте соцсети!" . Анечка в свои 60 с хвостиком была девушкой хрупкой, одинокой и романтичной. Предпочитающей из средств личной связи верный кнопочный телефон и сбегающей каждый вечер от реальности с помощью бумажных книг, взятых в библиотеке. Задание для Анечки было не то, чтобы сложное, нет, скорее просто невыполнимое. Обессилевшая, с красными глазами и опухшим лицом, прорыдавшая в туалете весь обед после стресса, испытанного от регистрации в соцсетях, она, скорбно поджав губы, зашла в кабинет начальника. Тот, увидев Анечку, не сильно обращая внимание на необычный, всклокоченный вид, строго спросил: "Ну?" "Сухарь бесчувственный", подумала она и громко, пугаясь собственной смелости, дрожащим и срывающимся голосом заявила: "Вы, как хотите, а я этим заниматься не буду! Берите на работу специалистов!" Про них, успокаивая ее и нося стакан за стаканом то воды с валерьянкой, то чай с конфеткой, рассказала коллега из соседнего офиса Зоя. Она была значительно моложе и, по ее словам, мастерски разбиралась в новых трендах и веяниях виртуальной жизни. Посмотрев на Анечку своим фирменным тяжёлым взглядом, начальник сказал - "Ищите, чтоб завтра был". Анечка подошла к делу ответственно и пригласила на собеседование человек 20. Сидящий перед ним теперь молодой человек непонятной наружности был по счету 8 или 11 кандидатом. На нем терпение Афанасия Ивановича внезапно закончилось. Он чувствовал, как наливается кровью лицо и темнеет от бешенства в глазах. Слушая щебет заливавшегося напротив него специалиста, говорящего вроде на русском языке, мужчина уже не пытался уловить смысл сказанного, цель была - хотя бы опознать в том словесном потоке знакомые слова. Не услышав, а кожей почувствовав наступившую вдруг тишину, он, не церемонясь и не поднимая глаз от стола, буркнул: свободен, давай следующего! От вошедшей в офис женщины, почти скончавшаяся в муках надежда найти нормального человека, встрепенулась и ожила. Коротко, за что он зауважал ее ещё больше, рассказав о себе, каким то чудом поняв его вопросы, заданные в эталонном стиле, и ответив на них знакомыми понятными словами, она заняла в офисе вакантное место. Когда дверь за женщиной закрылась, Афанасий Иванович, удовлетворённо крякнул и жмурясь, как кот, на вылезшее из-за туч, бессовестно яркое солнышко, стал прикидывать, насколько увеличатся продажи. Эх, если бы он знал, что ждёт его дальше, то заколотил бы в железном сейфе и затопил в болоте эту интернетовскую идею в самом зародыше. Но грядущее было сокрыто и мужчина пребывал в радостном предвкушении грядущих счастливых, как ему казалось, изменений. Продолжение следует...но это не точно