Женские истории

В тот день мы с Милой играли в классики. Мелом на подсохшем асфальте она нарисовала кривые квадраты, и мы прыгали по ним, пока мимо проходили соседи и улыбались. Апрель наконец-то выполз из своей сырости, солнце било в затылок, и от этого хотелось жмуриться, как кошка. В воздухе висел запах распустившейся вербы и прошлогодней листвы. Мила прыгала усердней меня. У неё хвостики растрепались, куртка нараспашку. Ей пять. И в пять лет главное в жизни — допрыгать до заветной десятой клетки, не наступив на линию...

Из приоткрытого окна кабинета доносились голоса. — Загородный дом — отличная идея, — говорил муж, и в его голосе звучала непривычная живость. — Марта теперь целыми днями будет копаться в земле, а у меня... наконец-то появится настоящая свобода. Квартира в полном моём распоряжении. Уехал якобы на работу — никаких вопросов... Лёд пробежал по спине. Я невольно сжала ключи в кулаке. — А ты, выходит, искал повод избавиться от жены? — голос Егора прозвучал неодобрительно. Глеб смеётся, но в этом смехе проскальзывает что-то гнилое...

Наконец-то спокойное утро. Первое за много месяцев. Я сижу на кухне с чашкой кофе, и за окном — редкое для октября солнце. И мне кажется, будто я впервые за долгое время могу просто дышать. В прошлом году я впервые попала на Белое море. И там, среди ветхих изб и покосившихся церквей, родилась эта идея — снять документальный фильм о деревянной архитектуре Поморья. Не просто репортаж, а историю. И вот — я это сделала. Июнь. Месяц съёмок в глухих деревнях Архангельской области. Я колесила по разбитым...

Знакомая фигура у фудкорта. Спина. Плечи. Тот самый затылок, который я узнала бы из тысячи. — Илья! — имя само сорвалось с губ, лицо уже расплылось в улыбке, ноги сами понесли вперёд. Несколько шагов — и я рядом. — Илюш? Он резко обернулся — и в его глазах мелькнул тот самый ужас, который я видела только раз, когда сын сломал руку. — Инна?! Ты же говорила... у тебя совещание утром... Мой муж стоял с натянутой, неестественной улыбкой. Глаза бегали, пальцы нервно барабанили по корпусу телефона. Он выглядел как актер, забывший текст в самый ответственный момент...

Глава 1. От лица матери Утреннее солнце, пробиваясь сквозь листву, начинало припекать спину. А длинная тень от моего большого дома падала мне под ноги. Деревянные доски террасы слегка поскрипывали под ногами. Я медлила у двери, проводя пальцами по веткам можжевельника в массивном вазоне – подарке Кати на прошлое Рождество. Растение разрослось за полгода. Рука сама потянулась к звонку, но замерла в воздухе, когда сквозь дверь донеслись приглушенные голоса. Мое сердце сделало странный кульбит – то ли от волнения, то ли от дурного предчувствия...

— Нина?! — вскрикнул муж, торопливо заправляя рубашку в брюки. Перед ним на столе, словно роскошная, но уже подвядшая роза, раскинулась та самая медноволосая девица. Голые колени задирались к потолку, а расстегнутые пуговицы сарафана откровенно демонстрировали то, что, видимо, должно было казаться соблазном. Она запрокинула голову, уставилась на меня и ехидно оскалилась, выдав самодовольный смешок. Нехотя сползла со стола, небрежно одергивая подол, будто это я вторглась в её личные владения. — Стучать не учили?! — цинично бросила она, поправляя рыжие пряди...

Впопыхах вбегаю в подъезд. Поднимаюсь на 3-й этаж пешком, чтобы не ждать лифт. Резко дергаю дверь квартиры… Она, к моему изумлению, не заперта. В прихожей темно. Витает сладкий аромат, напоминающий духи. В ванной шумит вода. Петя принимает душ среди дня? Это странно, обычно он возвращается только поздним вечером. Сумка с формой лежит у входа. Бери и беги. Но нет. Что-то заставляет меня пройти в квартиру. Иду на кухню, ожидая, что Петя в душе. Но тут чуть не вскрикиваю, обхватив губы ладонью. Мой муж стоит на кухне...

Больничная палата пахла лекарствами и стерильной чистотой. Белая. Слишком белая. Стены, простыни, свет лампы — всё сливалось в ослепительное пятно, от которого болели глаза. И только лицо Нади — осунувшееся, с проступившими синеватыми прожилками под тонкой кожей — казалось инородным пятном в этой пустоте. Она лежала, прикрыв глаза, но когда я вошла — открыла их. Голубые. — Лена... Её голос скрипел, как несмазанная дверь. Я не села. Не могла. Стояла у кровати, сжимая ручку сумки так, что узор впился в ладонь...

Первый звонок раздался через четыре часа. Цифры горели на экране, пока мои дрожащие пальцы скользили по стеклу, пытаясь нажать кнопку ответа. — Алла, у меня есть предварительная информация, — голос Дмитрия, частного детектива, звучал ровно, почти безэмоционально. — Ваш муж посещает квартиру на Ленинском проспекте. Двушка, элитный комплекс. Я прикусила губу до крови. Ирония ударила по нервам, как электрический разряд. Этот комплекс мы с Матвеем рассматривали для инвестиций год назад. — Что-то не так? — Дмитрий насторожился, услышав мой резкий выдох...