Лариса Логвиненко

История в Демре. Неожиданное о Святителе Николае. Иногда большие туристические компании поводят для своих партнеров семинары в разных странах. Стоит только написать заявку. Так я оказалась в Турции. За несколько первых дней мы устали так, что едва держались на ногах. Осмотр гостиниц: территорий, номеров, бассейнов и парков – это только на первый взгляд кажется приятным. Все надо делать быстро, оперативно так, что под конец дня пролеты лестниц, интерьеры фойе мелькают перед глазами одной сплошной лентой и хочется только одного – упасть поскорее на кровать и уснуть. На четвертый день нам предложили экскурсию. Любую на выбор, но она должна быть для всех одна - это условие. Молодежь, конечно, хотела прогулку по морю с пикником… Однако случилось по-иному. После долгих обсуждений вдруг решено было ехать в Демре. А Демре – Мир Ликийские – это место Святителя Николая. Где он жил, молился, где начался Путь одного из самых любимых христианских святых. Так мы стали паломниками. Наш гид маленькая изящная турчанка с копной каштановых кудрей приветливо встретила, усадила в автобус и мы поехали. «Что нового, невольно подумалось, - может рассказать мне, человеку с двумя богословскими образованиями эта женщина»? - По вере я – мусульманка, - начала она, - Но я очень люблю святого Николая…  Когда узнала, что буду проводить экскурсии по этому маршруту, то попросила о небольшой отпуске. Я поехала в Стамбульский архив и там искала документы о жизни Святого. И вот, что я нашла в документах. Он родился в городе Патры, где жили только аристократы и до юношеского возраста был окружен любовью, красотой и богатством. А когда в первый раз увидел нищету, бедность в соседних Мир Ликийских, решил стать священником, чтобы помогать людям. Знаете, что он сделал в первую очередь, приняв сан? Усыновил 140 детей-сирот. И заботился о них до конца жизни… Такая вот история от турецкого гида. А вы, знали об этом?

История в Пюхтицах Верочка впервые в жизни собиралась в монастырь. В паломничество. Ее брала с собой мама знакомого священника, с которым Верочка познакомилась, когда записывала с ним интервью. Общение со священником так потрясло Верочку, что она решила бросить редакцию, где работала заведующей отделом писем и пойти в семинарию учиться на регента. Это вовсе не обрадовало ее маму, которая, понятно, по неразумию, сказала: - ты была человеком, а станешь никем. Но с упрямым характером дочери она уже сделать ничего не могла... Ее спутница ехала в Печоры и, отпраздновав там Петров день, вместе с Верочкой решила съездить и в Пюхтицкий монастырь (дело происходило в самом начале девяностых). Там-то в Пюхтицах и произошло Событие… Пюхтицы поразили Верочку. Монастырские стены, храм и его росписи в небесных тонах, кладбище с одинаковыми крестами, окутанное не печалью, но тихим и светлым сиянием. Источник с ледяной водой, лесом и полянами вокруг похожими на какую-то миниатюрную сказочную пастораль: маленькие стожки сена, аккуратные деревянные домики, мостки, чистота и размеренность эстонской деревенской жизни. Мать Людмила уже немолодая монахиня, которой определили Верочку на послушание, прониклась к ней, хотя с остальными была строга и неразговорчива. В первый день она привела Верочку и других молодых послушниц в верхнюю комнату башни, накормила вкусным деревенским завтраком и отправила на послушание. - А ты подожди, - остановила она Верочку. Мне нужно обои в келье поклеить, мать Варвара благословила. Сможешь? - Попробую… Мне тут у вас очень нравиться – вдруг призналась Верочка. - Так может, останешься у нас насовсем? -Не, могу. Я в семинарию на регента должна учиться. - Мать Людмила замахала руками: Ну что ты здесь монастырь, всему и научилась бы. Они спустились вниз по лестнице. Под лестницей – дверь в крошечную келью. Только кровать, тумбочка и маленькая вешалка. Многое из вещей уже было убрано, на полу лежала откуда-то выпавшая фотография девушки. «Какая красивая, это ваша родственница?» - спросила Вера.  Матушка усмехнулось: «Нет, это я» - просто сказала она. Работа закипела… На Верочке был большой широкий халат, она стояла на табуретке перед дверью, где висел образок. «А это кто?» - спросила. – «Архистратиг Божий Михаил» - ответила матушка. «Хм, какой-то Михаил», - подумала неискушенная Верочка - и в Печорах тоже в честь него храм. Вот Спаситель, или Святитель Николай – это я понимаю». В этот момент боковым взглядом она увидела рядом с собой откуда-то взявшийся большой огненный шар. Несколько секунд и – «хлоп» и исчез. - Что это? – спросила. И не получив ответ посмотрела на свою наставницу. Матушка попыталась что-то сказать, но, видимо от потрясения часть ее лица окаменела и Верочка услышала только какие-то невнятные звуки. До отъезда Верочки матушка так и не пришла в себя. Отец Герман духовник монастыря отслужил молебен о ее здравии. Верочка участвовала, как могла, но в глубине души не понимала этого испуга. Она-то оставалась совершенно спокойна… Страх к ней пришел только спустя несколько лет, когда сама стала регентом. И каждый раз, вспоминая событие в Пюхтицах, вытирала холодный пот со лба.

История в горах Архыза. Медведь. Вплоть до 50х годов прошлого столетия в горах Архыза жили отшельники. Местные жители станицы Зеленчукской и Ермоловки рассказывают, что их дедушки и бабушки часто навещали их, спрашивали советов, помогали… Помню однажды и мы прогуливаясь по горам с детьми, нашли незаметную на первый взгляд пещерку. Когда зашли, увидели печку, лежанку, висящий на гвоздике старый подрясник, который тут же рассыпался в пыль в руках любопытной детворы. Но история, о которой я хочу рассказать, досталась мне от подруги (прости, дорогая) немного о другом. Надо сказать, что моя подруга – человек лесов и гор как, впрочем, и все ее семейство. Она хорошо знает тропы, озера, водопады, высокогорные луга и грибные места… Что и говорить, такой человек – кладезь и будет вам счастье, если именно его плечо окажется рядом в наших красивых и, где-то диких местах. Итак. Вот ее история. В одной горной избушке жил человек. О его местонахождении знали только самые близкие люди. В лесном домике было даже небольшое хозяйство: пасека, огород, маленькая мастерская. Несколько раз в месяц к нему приходил кто-то из близких и приносил самое необходимое в хозяйстве: соль, крупу, инструменты… Звали лесного жителя – Федор. Однажды Федор сидел на крылечке своей избушки и что-то чинил. Вдруг услышал близко шуршание веток и, взглянув в сторону ельника, увидел, как из-за деревьев к нему вышел медведь. Федор знал, что в это время года звери редко приходят к человеку и понял: косолапому было от него что-то нужно. Когда мишка приблизился, он заметил раненую лапу. И рана была довольно большая. Зверь явно пришел к человеку за помощью. Федор подошел поближе, залил рану березовым дегтем и даже смог перевязать ее старой тряпицей. Мишка удалился. Как будто и не было его. Прошел месяц… В один из дней к Федору снова пришел медведь. Видно было, что лапа благополучно зажила. Мало того, мишка принес своему спасителю пчелиный улей в подарок. Неизвестно, правда, где он его раздобыл, а спустя еще три месяца притащил барана. А говорят, что у животных память плохая… Возможно, это история не совсем паломническая, но возвращаясь из Архыза, уставшие путешественники слушают ее с удовольствием. А главное все изложенное – истинная правда!

История в Черногории... Одно время мне довелось работать экскурсоводом паломнических групп, приезжающих в Черногорию. Дивная страна. Замечательные люди. Каждую субботу я встречала новую группу в аэропорту Тиват. В одной из таких групп приехала известная столичная художница. Мы сразу подружились. Надежда Валентиновна, несмотря на свой возраст, была живой, энергичной, позитивной женщиной. Прошел день. Мы с паломниками прогулялись по Будве, древнему городу, построенному венецианцами, побывали в храме святой Троицы и даже попали на праздник черногорской семьи – крещение малютки. Играла музыка, светило солнце на морской глади дрожал свет праздничных фонариков. На следующий день моя новая подруга показалась мне немного грустной. «Что-то случилось?» - спросила. «Да так… ничего». Прошел еще один день. Утром она расплакалась: «Я так больше не могу! Это настоящая пытка!» Выяснилось, что на вилле, где поселилась художница, в соседнем номере всю ночь работает кондиционер  и капли воды с кондиционера капают на железную трубу под ее окном, резонируя в ночном пространстве: бум… бум… бум… и так до утра. После экскурсии пошли на виллу. Хозяева на просьбу что-то сделать с кондиционером, решительно ответили: людей много, пик сезона, некогда. Заглянули и в соседний номер. Проживавший в нем пожилой мужчина из России на просьбу хотя бы иногда выключать кондиционер пожал плечами: «Июль. Жара…» С тяжелым сердцем я уходила в свой отель и думала, как бы переселить мою новую подругу. Однако утром на экскурсию она пришла веселая, с сияющим от счастья лицом. «Вы можете себе представить, - удивленно рассказала художница, - мой сосед взял и обмотал трубу, на которую капала вода из кондиционера, тряпкой - и стало тихо. Я выспалась. Говорю ему: - вы меня спасли, вы – гений! «Что вы, - скромно ответил сосед – я простой советский инженер».

История в Абхазии. Дорогой Николай... Июль. Мы в Сухуми. Когда-то здесь был важный порт – город Севастополис , куда прибывали торговцы, путешественники, апостолы и миссионеры… Они шли дальше и у каждого была своя цель. Далее едем в Команы: место ссылки святителя Иоанна Златоуста, где, больной и истощенный дальним переходом из Константинополя он просил своих стражей об остановке. Утром, совершив последний раз Литургию, он умер со словами: «слава Богу за все». По дороге останавливаемся у небольшого храма Архистратига Михаила. Здесь кладбище отшельников, где похоронены монахи, священники, архиереи. Сосны, горы, тишина… Во дворе храма несколько старушек в белых платочках готовят обед. Невольно возникает вопрос: мы в каком веке? У часовни над одной из могил замечаем старенького священника. Он только что отслужил панихиду. Наши паломницы, увидев его, устремились за благословением. Среди них – Лидочка, москвичка, к нашей группе присоединилась уже в Абхазии. Милая, красивая со светлыми кудрями и трудной судьбой. Ничего в ее облике не изобличало паломницу, кроме удивленного взгляда на новую для нее грань бытия. Она дольше других беседовала со священником, а потом пошла в храм. «Батюшка посоветовал мне обращаться к святому Николаю и подать записку» - сказала Лидочка… Подойдя к столику, она взяла маленький листочек и начала писать: «Дорогой Николай…» что было дальше, сказать не могу. Подглядывать нехорошо.

История в Дивеево... В апреле в Дивеево еще холодно. Народ ходит по-зимнему, несмотря на весенний ветерок и солнце. Светлана Ивановна,  жившая на Юге России и приехавшая в Дивеево поклониться мощам преподобного Серафима, с одеждой не рассчитала. Из Москвы, где находилась в командировке, она прибыла на поезде. В тонком плаще, модном беретике с бубонами и узеньких сапожках на высоком каблуке она вышла из вагона и села в такси... В монастырской гостинице для гостей Светлана Ивановна познакомилась с другой паломницей скромной тихой женщиной. Вместе ходили на источники, читали правило к причастию. Изрядно намаявшись и замерзнув, Светлана Ивановна все же решила до конца выстоять, что ей, женщине на самом деле искренней и простой удалось. Отстояв Всенощную, а на следующий день Литургию она просветленная вышла из собора, сняла с головы припасенный на такой случай мамин платочек и снова надела свой модный беретик. Она собиралась уезжать. Ее спутница предложила перед отъездом пройти по Канавке Божией Матери. Шли тихо, молча. Каждый усердно читал «Богородицу». В самом конце пути, вдруг, как рассказывала потом сама Светлана Ивановна: - Мы услышали позади себя тяжелые шаги. Спустя несколько секунд, с нами поравнялись трое: двое мужчин вели больную, одержимую женщину. На всю Канавку раздавались то грубый рев, то визгливые крики: «понастроили здесь церквей! С куполами! Серафим Саро-о-овский, Серафим Саро-о-вский!» Вдруг крик на мгновение замолк. А потом вновь над самым ухом потрясенной Светланы Ивановны кто-то заорал: «Хочу такую шапку! Как у этой тетки! С бубонами!»…

Азербайджан. Удины. Христианская община. …В горное село Нидж, где живет община удинов, мы приехали ближе к вечеру. Дождь все еще накрапывал. Здесь находится два удинских храма. Первый посвящен Богородице (Булун) второй – св. Елисею (Джодари). Когда-то, в давние времена, на Земле существовало легендарное государство – Кавказская Албания, находившееся на территории современных Азербайджана, Грузии и Дагестана. Много дорог проходило через Кавказскую Албанию: с востока на запад с севера на юг. Однажды, по одной из них пришел в страну ученик апостола Фаддея – Елисей. Случилось это очень давно – в 1 веке! С него и началась история веры удинов. Шли войны, менялись правители, но удины и сегодня в 21 веке, как и 20 веков назад остаются христианами. ...Встречают нас тепло и радушно. Максим – смотритель проводит небольшую экскурсию. Подходит невысокого роста старик и тоже вступает в беседу. - Долгое время у нас не было возможности молиться в храме, – рассказывает он. - И о своей вере мы знали немного. Но моя бабушка, когда пекла хлеб, перед тем, как поставить в печь сверху ставила крест. Так делала и ее бабушка, и наши предки. - А как же браки – спросила – случается, когда жених и невеста разной веры? – Нет, - улыбнулся Максим, мы скорее женимся на славянках. Очень уютный двор храма: дорожки, цветы, ближе к изгороди несколько могил и, самое примечательное, – несколько огромных платанов. Их высота и ширина впечатляет и подчеркивает древность и надежность веры этих людей. Спасибо им… … В отель приехали по темноте. А утром, раздвинув шторы, увидела, что во все небо сияет солнце, дождь прошел. Если бы я была художником, то прямо здесь в номере, глядя в большое панорамное окно запечатлела вид. Горные изгибы, желто-красно-зеленые, узкие улочки с каменными домами и где-то вдали небольшое облако, застрявшее на одной из вершин.