Обо всём

Родные поля Родные поля — мой заветный покой, Где ветер шепчёт мне про вечный прибой. Там небо с землёю сливаются в след, И солнце в траве оставляет свой свет. Цветут васильки, как глаза у весны, Ромашки в росе — белоснежной весны. Колышется рожь золотая вдали, И пчёлы над клевером сладко жужжат. Здесь каждая тропка — как нить из мечты, Ведёт сквозь кусты полевые цветы. Иван-да-Марья в тени у канав — Как пара влюблённых, что счастья искал. Пахнет полынью и медом разнотрав, И душу ласкает привычный уклад. Здесь время не мчится — оно тихо спит, Под шёпот кузнечиков в чаще гремит. А вечер приходит с лиловым огнём, И звёзды роняет на поле своём. Луна над оврагом стоит, как страж, Храня мои детские сны и багаж. Я знаю — где б ни был, в любой стороне, Меня потянет к родимой земле. Туда, где цветут незабудки в ручье, Где сердце поёт в каждом ласковом дне. Прости, если в мире я стану чужим — Но в сердце останусь всегда молодым, Пока над полями, в святой тишине, Цветут мои полевые цветы.

В лесу зима раскинула шатёр, Серебряный, прозрачный, чистый снег Ложится тихо на хвойный бор, И всё вокруг — как в белоснежном сне. Деревья в инее, как в кружевах, Стоят задумчиво, молчат века. Под снежной шубой спит в лесу зверёк, И даже ветер стал совсем тихок. По веткам стелется морозный дым, Снегирь щебечет одинокий гимн. Сугробы пухом устилают путь, Где некогда тропинка могла быть. Замёрз ручей под хрупкой коркой льда, Но в нём всё так же — жизнь, хоть и вдали. А над сосной — луна, как серебро, Сияет в вышине без суеты. Снег падает, не зная торопливых дней, Кружась, как пепел старых снов. Он укрывает мир от суеты людей, Даруя лесу вечность и покой. И в этой тишине, среди сугробов, Где время будто замерло в снегу, Рождается особый свет проблесков — Тот свет, что только зиму берегут. Пускай метель поёт свою печаль, Лес знает: снег — не гибель, а обнова. Он — колыбель для будущих начал, Под белой мглой хранит весны основу.