Интересные книги

— Куда едем? — спрашиваю уже в машине. — В полицию, — шепчет дрожащими губами и опускает взгляд на свои ладони, зажатые между коленками. — Куда? — переспрашиваю, не веря. — Мне надо в полицию. Женьку забрать… — и всхлипывает, что ли? — А у неё родителей нет? Или мужа? Почему ты должна её забирать? — хмурюсь я, заводя машину. — Это не она. Это он. Это мой брат. Женька. Опа. Младший брат значит. Ну точно! Евгений! Как я сразу не понял-то! «Женька» эта смутила! Хм. Становится всё интереснее. Выезжаю со двора...

Всё ещё не до конца веря, что передо мной стоит Зимин, я рукой за спиной нащупываю ручку двери. Моргнув пару раз, разворачиваюсь, чтобы уйти. Ну, вдруг он тоже в таком шоке, что и не заметит? Делаю шаг, но тут же слышу в спину приказ: — Стоять. Замираю. Слышу шаги. А потом тяжеленная лапа Зимина ложится мне на плечо, сжимает и разворачивает моё тело в купальнике к себе лицом. — Здрасьте, Платон Михалыч, — быстро облизываю губы. — Такая неожиданная встреча… — и пытаюсь улыбнуться. Выходит, наверное, не очень...

— Ого! Это кто ж тебя так? Неужели Виолетта Аркадьевна раньше прилетела?! — ничуть не стесняясь, ржёт надо мной откровенно Стас, когда я встречаю его в своей приёмной. Быстро зыркаю на место, где должна сидеть Канарейкина, но её нет. Куда-то вышла, похоже. Так даже лучше. Не то, что бы я чувствовал дискомфорт после вчерашнего, но… — Заходи! — бросаю сухо приятелю и сам захожу в кабинет. Сразу иду к бару и наливаю себе виски. — Будешь? — спрашиваю у Стаса. — С утра? Виски? Хм. Уволь. У меня в жизни не всё так плохо! Ахаха! Опять бросаю на него гневный взгляд и делаю пару глотков...

Блин. Ну, нормально же сидели! Пироги ели! Чего он опять начинает? Я морщусь недовольно и сажусь прямо. Рассматриваю свои ладони, которые за день успели познакомиться и с колючками ежевики, и с жирной грязью оврага. — Да ничего особенного, дед. Просто отец считает, что я слишком быстро трачу его деньги и слишком медленно взрослею. Решил, что свежий воздух и физический труд сделают из меня человека, — хмыкаю. — Ну, правильно считает! — дед хлопает ладонью по столу. — Труд, вон, даже из обезьяны человека сделал, а уж из тебя и подавно сделает! Дед как скажет! Но молчу...