Интересные книги

С замиранием сердца наблюдаю, как он оказывается возле собак, уже подступающих к несчастным животным. Собаки злобно рычат и у меня холодок проходит по коже. Теперь я боюсь и за Данияра, потому что он толкает сначала одну собаку, потом вторую и они уже оскаливаются на него. Он хватает какую-то палку и размахивает ею, вставая между кошками и собаками. — Фу! Место, я сказал! Место! Поворачиваю голову и вижу, как к ним бежит охранник. — Быстрее! Пожалуйста! — кричу я. — Да ладно тебе! Всё нормально же! — Коровин оказывается слишком близко и даже кладёт руку мне на плечо...

Конечно, что тянуть-то? Надо по горячим следам! Сейчас я приведу ему железные аргументы, что не гожусь наэту роль! Да. Только какие? И, наверное, правильным и разумным было бы сесть, всё обдумать. Может, даже план составить с пунктиками, почему да как. Но… где разум и где я? Нет, будем импровизировать. Ну, что уж, я, сама себя о б оср… опорочить не смогу? Да не вопрос, вообще! Гордо вскинув голову, иду обратно к приёмной Кощея. — Чего тебе, Жаркова? — его секретарша Мария Ивановна окидывает меня оценивающим взглядом, когда я оказываюсь перед кабинетом босса...

Успокаиваюсь немного, только когда выезжаю на трассу. Понимаю, что надо снизить скорость. Иначе снесет в кювет. Ослабляю давление на педаль газа. А руки все так же крепко сжимают руль. Не понимаю! Ну, вернее, понимаю, конечно, но! Чуть не проезжаю нужный поворот и с визгом выруливаю. Паркуюсь и, не глядя схватив сумку из багажника, иду ко входу. В этот поздний час в зале почти никого. Пара машин на парковке. Охранник клуба открывает мне дверь и здоровается. Я лишь киваю хмуро, весь в своих мыслях...

— Тогда я тебя уволю, — с самодовольной ухмылкой произносит Зимин и победно смотрит на меня. И выражение его лица прямо кричит: «Да куда ты денешься!» Зажигалочку, значит, любишь, Платон Михалыч? Пожамкать? — Что ж... — равнодушно вздыхаю я, хотя у самой в груди всё клокочет от злости. Увольнение сейчас вообще не входит в мои планы! А кредит?! А ремонт машины?! Ааааа! Я так радовалась, когда меня сюда взяли! Три собеседования прошла ведь! Три! Да знаешь ли ты, Платон Михалыч, чего мне это стоило?!...

— Больше никогда не лезь в пацанские разборки, — цедит сквозь зубы, сдвинув брови. — Это не твоё дело. Поняла? — Тогда не устраивайте их при мне, — отвечаю тоже, огрызаясь, и дёргаю руку из его захвата. Но Данияр бросает на меня грозный взгляд и опять берёт меня за руку. Сжимает ладонь крепче. — Я сам разберусь и с Коровиным, и с кем надо. Ясно? — повторяет снова и тянет меня за собой. А я назло встаю и пытаюсь не сдвинуться с места. Данияр оборачивается и смотрит на меня исподлобья. Забираю руку из его захвата...

— Жаркова, останьтесь, — бросает небрежно босс, даже не подняв на меня взгляда. Машет мне пальцем, листая бумаги на своём столе. Ну, блин. Что опять-то? Я с тоской смотрю на коллег, покидающих кабинет Зимина. Они вырываются на свободу. А я… Когда за последним из выходящих закрывается дверь, босс, наконец, поднимает на меня свой тяжёлый взгляд. Медленно, приподняв бровь, проходится им по моему лицу, потом спускается ниже. И я невольно сглатываю, когда его взгляд впивается в слишком глубокий из-за внезапно отлетевшей пуговицы с блузки разрез...

— Смотри, Жаркова, — по-деловому произносит он. — Человек я одинокий. Богатый. У меня к тебе деловое предложение. Ты увольняешься. По собственному желанию, разумеется, и даже без отработки. И становишься моей любовницей, — добавляет босс и я ошарашенно таращусь на него. — Платон Михайлович, я… я не понимаю… Это шутка сейчас, да? Я не знаю, как ответить вам даже… я… Вижу, что мой лепет вызывает у него недовольство. Он ещё больше хмурится. — Смотри. Слушай меня внимательно, Жаркова. Тут ничего сложного...

Ставлю телефон на самолётный режим и ложусь спать. Одна. В чужом гостиничном номере. От обиды слёзы катятся по щекам на подушку. Вот так закончилась моя семейная жизнь. Ни дома, ни мужа, ни ребёнка. Последнее бьёт особенно сильно. Мне тридцать три года и я провожу ночь в гостинице. Потому что больше негде. Зарываюсь в подушку и заставляю себя провалиться в успокаивающую темноту. Утром просыпаюсь от привычного звука будильника. Открываю глаза и понимаю, что голова раскалывается. Включаю телефон и вижу штук пять пропущенных звонков...

- Пришел, - говорит Вадим Казбеку, когда убирает телефон обратно в карман. - Все. Проваливай пока, - мрачно произносит Казбек и что-то поправляет в кармане наброшенной на плечи куртки. Я не вижу, что это. Казбек стоит ко мне спиной. – Сам позову, когда понадобишься. - Казбек, ты что?! – как-то испуганно восклицает Вадим. – Мы на это не договаривались! Ты что?! - Следом хочешь?! Проваливай сказал! И помалкивай! Придешь, когда позову. Всё! – и режет воздух кулаком, а в нем что-то зажато. Отлепляюсь от шторы и тихо-тихо вдыхаю...

Первой, с кем я встречаюсь взглядом, стоит мне войти в класс, оказывается Наташа. Она стоит со своей подругой у противоположной стены. Они что-то обсуждают, улыбаясь. Но, как только наши взгляды встречаются, улыбка сходит с её лица и она вдруг замолкает. Смотрит на меня словно ждёт ответы на свои вопросы. Какие? А потом я понимаю! Моя рука — в руке Басманова, её бывшего парня. И я инстинктивно пробую забрать руку из его ладони, но он тоже это чувствует. Наоборот, сильнее сжимает пальцы. И я как будто получаю дополнительную уверенность от него...

- Дэн! – толкаю его от себя. Я в панике. Что делать-то? Но тут в дверь раздается звонок. Дэн поднимается и смотрит в коридор. Я вырываюсь и прижимаюсь к стене, так и удерживая одеяло. - Это кто еще? – злится Дэн. – Жди меня здесь! - рявкает мне. Потом слышу, как он открывает дверь и тихий разговор с кем-то. Ждать его я не собираюсь. И мне нужна помощь. Поэтому накидываю куртку и выбегаю в коридор. Поднимаю взгляд и тут же встречаюсь со взглядом человека, от которого точно помощи ждать бесполезно...

Я мчу, сжимая рукой руль до белых костяшек. Эля. Какого?! Куда она опять влезла?! Стараюсь не думать о том, что только что произошло в квартире матери. Вернусь и поговорим. Хотя какие могут быть разговоры? И так всё ясно. Ну, мне так точно. Подъезжаю к дому и паркуюсь. Замечаю в окнах своей квартиры свет. На парковке тут же стоит машина Ромы, моего приятеля, который в полиции работает. Он раньше меня приехал. Мысленно матерясь, выхожу и иду к подъезду. — А такой приличный молодой человек! — Да-да,...