Женское вдохновение

— Паше нужен солидный кроссовер, на метро руководители не ездят, так что снимешь восемьсот тысяч со своего вклада на первый взнос, — заявила свекровь. Галина Николаевна произнесла это абсолютно будничным тоном, промокая льняной салфеткой уголки губ после чая с шарлоткой. Я замерла с тяжелым фарфоровым заварочным чайником в руках, глядя на разложенный прямо на вышитой скатерти глянцевый буклет автосалона. — Какой первый взнос, Галина Николаевна? И почему с моего вклада? — спросила я, осторожно опуская чайник на пробковую подставку...

— В общем, так: до субботы ты вещички свои соберешь и тихо съедешь, потому что со следующей недели сюда заселяется Денис с молодой женой. Клавдия Андреевна произнесла это абсолютно будничным тоном, неторопливо снимая с пухлых пальцев тяжелые золотые кольца и складывая их в хрустальную розетку на комоде. Она стояла в прихожей перед зеркалом, деловито оглядывая просторный коридор, выложенный светлым керамогранитом, словно уже мысленно расставляла здесь чужую обувь. Я застыла у порога с дорожной сумкой на ремне, сжимая в ладони ключи от квартиры...

— В общем так, Лиля: билеты на самолет Юра уже переоформил на четверых, а свой номер с большой террасой вы с ним отдадите нам с Кирочкой. Ираида Степановна буднично подвинула к себе вазочку с вафлями. Она сделала это с таким невозмутимым видом, будто просила передать солонку за семейным обедом. Чайная ложка в ее пухлой руке мерно позвякивала о край фарфоровой чашки, которую Лилия привезла из прошлогодней командировки в Казань. Свекровь всегда выбирала самые дорогие вещи в доме, уверенно обращаясь с ними как с собственной утварью...

— Отдай ключи от дачи, Герману на пенсии нужен чистый хвойный воздух. Свекровь аккуратно промокнула губы льняной салфеткой. Евгения Борисовна произнесла это совершенно будничным тоном, будто просила передать солонку через стол, и посмотрела на мужчину напротив неё с отрепетированной благообразной осанкой. Я опустила тяжелый заварочный чайник на пробковую подставку и медленно подняла взгляд. — Какой воздух, Евгения Борисовна? И почему мои ключи? — Не начинай, милочка. Свекровь поморщилась, поправляя серебряную брошь на шерстяном жакете...

— Олеся, ты премию на работе уже получила, так что завтра с утра закроешь эту стопку, — свекровь Варвара Дмитриевна с глухим стуком бросила на середину кухонного стола пачку неоплаченных квитанций. Она стянула с пальцев шерстяные перчатки, небрежно сунула их в карман серого пальто и окинула взглядом мою чистую плиту, словно прикидывала, сколько времени у меня ушло на уборку. Свекровь всегда умела войти в чужой дом с видом строгого ревизора, которому все кругом обязаны полным отчетом за каждую потраченную копейку и каждую свободную минуту...