«Без права на молчание»

Переезд был в сентябре. Саша собиралась два месяца — долго, аккуратно, с чёткими списками. Что везти, что оставить, что выбросить. Из Воронежа в Петербург: шесть часов на поезде, другая квартира, другой офис, другая жизнь. Работа в хорошей компании, должность, которую она ждала несколько лет. Зарплата вдвое. Мама помогала паковать коробки — молча, с поджатыми губами. Это молчание Саша знала. Оно означало: я ничего не скажу, но ты всё равно должна понять. — Мам, это хорошо для меня, — говорила Саша...

В банк Нина записалась за две недели. Не потому что так было нужно — просто хотела прийти подготовленной. Собрала документы заранее: паспорт, справка с работы, выписка со своего счёта за три года. Три года — столько она откладывала. Каждый месяц, без пропусков. Сначала по десять тысяч, потом по пятнадцать, когда повысили. Итого — накопилось на первоначальный взнос. Не на всю квартиру, конечно, но на взнос — да. Своя квартира. Однушка, небольшая, можно и в Подмосковье. Главное — своя, с её именем в документах, без соседей через стену которые слышат всё...

В среду утром Света поняла, что заболела. Горло першило ещё со вторника, но она списала на кондиционер в офисе — там всегда дуло на её место, она просила пересесть год, всё без толку. Утром встала, дошла до ванной, посмотрела в зеркало и поняла: нет, это не кондиционер. Измерила температуру. 37,8. Написала руководителю — заболела, беру отгул. Ответили быстро: ладно, выздоравливай. Она вернулась в постель, натянула одеяло. За окном был серый ноябрь — без снега, без солнца, просто серый. Игорь к тому времени уже ушёл на работу...

Катя стояла у плиты — помешивала суп, Антошка сидел за кухонным столом и делал уроки, вернее делал вид, что делает, а сам рисовал в углу тетради какого-то робота. Ей было не до звонков. Но номер высветился — бывший муж, — и она взяла. На случай, если что-то с Антошкой. Они виделись у него в прошлые выходные, всё было нормально, но мало ли. — Кать, — сказал Виталий. Голос у него был особенный — она знала этот тон. Деловой, слегка напряжённый, с ноткой заранее заготовленной разумности. Так он говорил, когда хотел о чём-то договориться и уже придумал, как это подать...

Маша пришла домой в шесть. Оля слышала, как хлопнула входная дверь — Андрей забирал дочку от свекрови по пятницам, это было их расписание. Потом голоса в прихожей: Маша что-то рассказывала, Андрей отвечал коротко, устал после работы. Оля домешивала тесто для оладий. Пятничный ритуал — Маша их обожала, с вареньем, с холодным молоком. — Мам, привет, — Маша вошла на кухню, куртка наполовину снята, один рукав болтается. — Мы с бабушкой лепили пельмени. — Хорошо? — спросила Оля. — Угу. Только мои кривые...