Истории за поворотом

Ее лицо знали фотографы, дизайнеры, редакторы модных журналов и люди, которые мечтали попасть туда, где она уже стояла под вспышками камер. Джия Каранджи была не просто красивой девушкой с обложки. В конце 1970-х она ворвалась в мир моды так резко, будто кто-то распахнул дверь ногой. Темные волосы, дерзкий взгляд, нервная энергия, которая не помещалась в кадр. Она не была холодной фарфоровой куклой, как многие модели того времени. В ней было что-то живое, опасное, уличное. Джия родилась в Филадельфии, в обычной семье, далекой от глянца...

В старом французском городе Пуатье семья Моннье считалась уважаемой. Не бедной, не подозрительной, не такой, на которую соседи показывают пальцем. Отец семейства, Эмиль Моннье, был человеком образованным и заметным — бывшим деканом факультета литературы. Сын Марсель сделал карьеру чиновника. Мать, Луиза Моннье, жила как строгая вдова из приличного буржуазного дома: закрытые ставни, порядок снаружи, репутация дороже всего. И только одна деталь со временем начала казаться странной. Их дочь Бланш куда-то исчезла...

Ада Блэкджек не собиралась становиться героиней. Ей не нужны были экспедиции, газетные заголовки и рассказы о покорении Арктики. Она была молодой женщиной из Аляски, умела шить, тяжело жила и думала не о славе, а о сыне. Сын болел. Денег не было. Муж бросил семью. В какой-то момент Аде пришлось отдать ребёнка в приют, потому что она не могла оплатить лечение. И вот тогда ей предложили работу. Нужно было отправиться на остров Врангеля — холодный, пустой, почти нечеловеческий кусок земли в Северном Ледовитом океане...

Машину я покупал не от хорошей жизни. Старая «Тойота», седан уже не первой молодости, с мутными фарами, уставшим салоном и царапиной через всю правую дверь. Зато мотор работал ровно, коробка не пиналась, печка грела, а продавец был готов скинуть ещё двадцать тысяч, если заберу в тот же день. — Машина отца, — сказал он, хлопнув ладонью по крыше. — Стояла почти год. Я бы сам ездил, но мне она ни к чему. Документы чистые, всё переоформим. Парню было лет тридцать пять. Звали его Андрей. Говорил быстро, в глаза смотрел редко...