ИСТОРИИ СУДЬБЫ
«Серёжа уехал на север не от хорошей жизни», — сказала невестка и достала синюю папку
Телефон лежал на клеёнке экраном вниз, и Тамара Игнатьевна третьи сутки не решалась его перевернуть. Он молчал. Он молчал так, как молчит только пустая изба — плотно, глухо, без единого шороха. Она подходила к столу, вытирала уже чистую клеёнку, поправляла солонку...
«Мам, мы уже задаток внесли» — сказал сын, привезя мать подписывать бумаги на её же квартиру
Но правда была в том, что решалось это восемь месяцев. Просто всё это время Тамара Ивановна называла происходящее совсем другими словами. А началось всё с тетради в коричневом дерматине. Тетрадь была старая, ещё с работы...
«Мы же семья, при чём тут деньги» — сказала сестра. А Анна молча развернула к ней выписку за восемь лет
— Мы же семья, при чём тут деньги? Ирина произнесла это с такой искренней обидой, что любой посторонний человек на её месте немедленно почувствовал бы себя виноватым. Анна не почувствовала. Она молча развернула к сестре ноутбук...
«За вас расписались, а вы молчите» — сказала соседка на собрании, и двор наконец услышал
— Марина Игоревна, ну вы же разумная женщина. Какой палисадник? Там будет парковка, и говорить больше не о чем. Раиса Витальевна произнесла это мягко, почти ласково, как говорят с ребёнком, который просит луну с неба...
