Чтивы.net

Четвертая глава... Розыски таинственного Нюркиного знакомого тоже оказались безрезультатными, да к тому же дворничиха Прасковья Бубенцова, допрошенная следователем, подтвердила, что видела из окна своей комнаты на первом этаже, как ночью, в час убийства, выбежал из подъезда, в котором жил инженер Корабельников, неизвестный ей парнишка в майке, «росточком с этого, что я у вас видела в кабинете», и что парнишка был один. Улика весомая и грозная, такая же, как и найденный на площадке Петькин заводской пропуск...

Третья глава... В кабинет бочком, держа в руке пропуск, вошла низенькая, коренастенькая девица с рыжеватыми пышными волосами, с сильно накрашенным маленьким нахальным ртом. На ней было простенькое, очень тесное и очень короткое ситцевое платьишко, — полноватые, ладно выточенные ножки открыты повыше колен для обозрения желающим. — Садитесь! — сказал следователь. Крючкина села на стул напротив Петьки, попыталась натянуть подол платья на свои соблазнительные коленки, но у нее ничего не получалось...

Вторая глава... Петька кивнул головой, готовый сделать все, только бы Чувякин простил ему его страшную оплошность. — А про того, голого, — перешел на шепот Чувякин, — говори, что он тебя душил, и ты его... обороняясь... Понял? По молодости твоих лет дадут срок, а там уж я тебя найду, вызволю как-нибудь. Мы с тобой еще погуляем, Петя-петущок. А ссучишься — каюк тебе!.. Понял? И снова Петька кивнул головой. — Ну, ступай домой и не дрейфь! — сказал Чувякин и слегка подтолкнул Петьку в спину. — Может, еще и обойдется у нас это дело! Сказал и, не попрощавшись, быстро пошел по улице...

Начало... И тут из подъезда вышел Чувякин. В зубах потухшая сигарета, лицо злое еще более бледное. — Не пошла, зараза! — сказал Чувякин. Он достал шикарную белую пластмассовую зажигалку, щелкнул крышкой, прикурил. И, посмотрев на вытянувшееся Петькино лицо, пояснил: — Говорит, мать не пускает. Длинно и затейливо выругался, потом сказал просительно: — Сбегай ты! Четвертый этаж, дверь направо. Постучи покрепче, отзовется мать, скажи: «Попросите вашу Нюрочку на минутку». Будет ругать, гнать тебя — не уходи, стучи, пока сама Нюрка не подойдет к двери...

Чувякин закатал выше локтя рукав своей щегольской кремовой рубахи, вытянул сильную загорелую руку, сказал коротко, словно скомандовал: — Давай! Петька замешкался. Смотрел, как Чувякин сжимает и разжимает кулак, заставляя полногрудую русалку, наколотую выше его толстого запястья, приглашающе двигать лиловым своим хвостом, и глупо улыбался. — Брось зубы скалить! Ну же! — строго повторил Чувякин, и тогда Петька, чуть оттопырив полную нижнюю губу, сопя, надрезал натянутую кожу у локтя на чувякинской...