Алёна Романцова

Этой женщине было за 60. Ее образ создавал впечатление единой серой массы: тёмная шаль, черная куртка, серый шарф. Она что-то сказала мне, но я не разобрала ни слова. Я переспросила. И только когда она повторила свой вопрос, я увидела её рассечённые губы. Они были словно разрезаны на пополам и сшиты по центру - зарубцованный белый шрам проходил через весь рот. Она спросила свободен ли туалет, посмотрела на меня и опустила глаза. Дальше по коридору я встретила мужчину с тростью. Живой, карий взгляд, худощавое сухое лицо, как и всё его тело...

Он закрыл багажник машины на ключ. Она стояла рядом, робко сложив руки, и ждала, смотря вниз. Светлые, седоватые волосы пробиваются из-под палантина, на ней длинная тёмная куртка в пол. На лице глубокие, яркие морщинки по контурам лица, но очень женственные. Глаза голубые, светлые. Когда он обошёл машину, она развернулась к ступенькам здания, но не делала шаг. Только когда он подал ей руку, она шагнула вслед за ним мне навстречу. «Нам бог не дал детей» - кольнули меня слова, которые я вспомнила...

Твой взгляд - он будоражит, Вонзает иглы и тут же нежно по душе скользит, Целует сладко, а потом молчит… Как жаль, что поздно мы снимаем маски...

Он стоял, потупив воспалённые глаза, помятый, засаленный, тяжело дышал. Мы с друзьями ждали своей очереди, пока она нальет ему, а я не могла оторваться, разглядывала его. Меня охватили печаль и неясные переживания, только через время я поняла почему...