Железные Леди

Анна Павловна, руководитель отдела маркетинга, сидела в своем кабинете и смотрела на таблицу с показателями. Отдел выполнил план на сто двадцать процентов. Лучший результат в компании. Коллеги поздравляли в чате, генеральный прислал письмо с благодарностью. 😰 Анна закрыла ноутбук и почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Она оглянулась на дверь — не видит ли кто. Быстро открыла ящик стола, достала блокнот и начала писать: «Они уволят меня, когда поймут. Этот успех — случайность. Мне просто повезло с командой...

Три часа ночи. Катя сидела на краю кровати и смотрела, как маленький комочек ворочается в кроватке. Слава богу, спит. Пока спит. У нее есть минут сорок, может, час, прежде чем все начнется сначала. 😔 Она встала и на цыпочках вышла в коридор. В гостиной горел телевизор — муж смотрел футбол, лежа на диване с банкой пива. Она постояла в дверях, кусая губу. Попросить помощи? Но о чем просить? Ребенок спит. А то, что у нее трясутся руки и хочется выть в голос, — это же не помощь нужна, это… она не знала, что это...

У Лены было две фотографии в телефоне. 📱 На одной, в папке «Работа», она стояла на сцене в деловом костюме, получала премию «Лучший продажник года». На другой, в папке «Семья», ее пятилетний сын задувал свечи на торте. Между этими двумя фотографиями была пропасть, и Лена жила на ее дне. 😔 Утро понедельника началось с крика. Глеб не хотел идти в сад, он хотел, чтобы мама осталась. Он висел на ее ноге, пока она пыталась надеть туфли. — Мааам, ну пожалуйста! Ты никогда со мной не играешь! Все тети какие-то, няни, бабушки! А ты только работаешь! — кричал он...

— Ты же прекрасно знаешь, что я вышла за тебя замуж из-за денег! Я никогда этого и не скрывала! — надменно улыбаясь произнесла Инга. — Нет, конечно, ничего кроме жизни, — еле слышно произнёс муж. Алчность Инги не знала границ. Квартира в Дубае, Испании, несколько престижных квартир в Москве и ей всегда было мало. Деньги делал муж, у него был талант зарабатывать, но распоряжалась ими жена.  — Да, что ты там бормочешь вечно под нос. Если бы не я, то у нас бы вообще ничего не было, — даже не поняв, что ответил Михаил отрезала Инга...

С самого детства София с недовольством относилась к своему имени. — Мама, ну, зачем вы меня так именовали? Какое-то дурацкое киношное имя, — возмущалась девочка, пошедшая в первый класс. — Почему, деточка? Очень даже красивое имя, обозначающее признак мудрости в тебе. Именем твоим даже ангелов небесных называли… Ты мой ангелочек! — И все равно… Какое-то бабушкино имя. Смеются надо мной в школе, — нахмурилась Софа. — Это кто смеется? Так поступать с ангелами нельзя! — Вот вырасту и непременно себе другое имя выберу! — Ну, там сама решишь… — поджав губы, заключила мама...

Конец трудовой недели был ознаменован тем, что главбух на работу пришла в хорошем настроении. С собой она принесла тортик, немного мясной нарезки и бутылочку вина дорогой марки. — Коллеги, прошу после работы не расходиться… Предлагаю отметить мой торжественный день, — объявила она, намекая на свой день рождения. Буквально сразу коллектив поспешил поздравить и обнять своего уважаемого работника. В числе поздравляющих оказалась и Катерина. Девушка появилась в компании, не имея большого опыта, поэтому случались существенные огрехи, за которые она несла наказание...

— Не уезжай, прошу тебя! Не бросай меня, это так жестоко! — умолял Андрей. — Я должна. От этого зависит моё будущее, — улыбаясь прошептала Катя. — А, как же мы? — не понимал он. Сердце гулко билось в груди, когда Андрей стоял на перроне, наблюдая за уходящим поездом. В окне вагона мелькнуло её лицо – Катя. Его первая любовь, его мечта, его боль. Она уезжала, оставляя его с разбитым сердцем и пустотой внутри. Катя была его всем. Они познакомились в школе, смеялись, гуляли, делились мечтами. Она мечтала после школы о большом городе, карьере, новых горизонтах...

Если бы вам сказала ваша близкая подруга или друг, что нужно управлять своим вниманием или мыслями, чтобы в вашу жизнь вошли благоприятные перемены, вы бы поверили? Вы видите, что он(она) живёт комфортной жизнью и вы считаете её (его) везунчиком. Стали бы вы прислушиваться? Уверена, что да! Вот так и я прислушалась к тому, что мне сказал мой самый близкий друг, когда я спросила, что нужно сделать, чтобы выйти из страданий, боли и проблем. Выйти своим вниманием, своими мыслями, состоянием. Это было непросто, это новые привычки не залипать в старых негативных мыслях...

— Простите, можно я здесь присяду? — спросила девушка, указывая на свободный стул в кафе.   Артём оторвался от книги и взглянул на девушку. Карие глаза с искоркой, чуть вздёрнутый нос, светлые волосы и красивые пухлые губы. Он машинально кивнул. Он снова попытался погрузиться в книгу, но чувствуя её присутствие, не мог сосредоточиться. Она излучала запах ванили и какой-то лёгкости. Через несколько минут она заговорила снова.   — Спасибо, что не отказали мне, — улыбнулась она и поставила перед собой чашку дымящегося кофе...

Женя сидела на кухне, смотрела на кипящий чайник и улыбалась. Сегодня был особенный день! Прошел ровно год, как она стала свободной женщиной. Год, как её муж, Сергей, вдруг решил, что семейная жизнь ему больше не подходит, и ушёл к своей новой «любви». Двадцать лет брака оказались для него пустым местом. — Надо же... двадцать лет... Как мимо пролетели! — пробормотала она, размешивая сахар в чашке.  Вспоминать об этом дне было странно: сначала она плакала, рвала на себе волосы, жалела себя. А потом что-то щёлкнуло...

— Им просто твои деньги нужны! Нашли "лоха" вот и всё! — пытался переубедить друг уже открытым текстом. — Если ты сейчас не закроешь рот, то больше меня не увидишь! — разозлился Артём.  В тот осенний день Артём задержался на работе. Обычные хлопоты инженера на стройке – проверка чертежей, согласование материалов, бесконечные звонки. Когда он вышел из офиса, на улице уже стало темнеть. Спеша к машине, он вдруг услышал, как дети что-то бурно обсуждали. Возле сломанного велосипеда стоял мальчик лет двенадцати и рядом крутились две девочки – одна чуть старше, другая младше...

Мать Ани ворвалась в квартиру, пьяная, с красными глазами.   — Ты чего мою дочь к себе таскаешь? Думаешь, я ничего не знаю?!   Клавдия Ивановна смотрела в окно на девочку, сидевшую на скамейке в конце двора. Маленькая, худенькая, с немытыми волосами, в слишком лёгкой курточке для промозглого октябрьского вечера.  Она не прыгала через лужи, не играла с игрушками, как другие дети, а просто сидела, втянув голову в плечи, и смотрела перед собой отрешенным взглядом. — Опять Аня, — пробормотала Клавдия Ивановна, оборачиваясь к стене, словно отмахиваясь от навязчивого образа...