Авторские рассказы Ирины Кудряшовой

Начало здесь * * * Предыдущая, вторая часть В больничном сквере царило предзимнее затишье. Старые тополя, сбросив последние пожухлые листья, черными замерзшими пальцами тянулись к низкому свинцовому небу. Надежда сидела на дальней скамейке, глубоко спрятав руки в карманы пальто. К горлу горячей волной подкатывали слезы, но она упрямо сжимала губы. Вдруг на дорожке показалась знакомая фигура – Валерий как раз шел в сторону поликлиники к назначенному времени приема. Увидев её на скамейке, он остановился, на секунду нахмурился, а затем осторожно, чуть припадая на ногу, свернул с тропинки...

Начало здесь В поликлинике всё шло своим чередом: та же суета, те же бесконечные очереди у регистратуры и шарканье сотен подошв по кафельному полу. В процедурном кабинете, куда Надежда пришла подменять заболевшую Светку, было откровенно зябко. Старое деревянное окно, несмотря на все усилия и натыканный в щели поролон, безжалостно пропускало сырой осенний сквозняк. Старенький масляный обогреватель, сиротливо стоявший в углу, только разочарованно щелкал при включении, но оставался совершенно холодным...

Октябрь в тот год выдался на редкость слякотным и неуютным. Он не радовал глаз той пышной, прощальной золотой роскошью, о которой любят писать в стихах, а сразу, без предисловий, обрушился на город затяжными унылыми дождями и пронизывающим до костей ветром. Надежда Николаевна Кравцова шла с автобусной остановки, низко опустив голову и поглубже пряча подбородок в воротник старого пальто. Пальто было хорошим, шерстяным, купленным еще три года назад на распродаже, но сейчас его подол потемнел от летящей из-под колес грязной взвеси, а ткань на плечах медленно пропитывалась влагой...

Зимнее солнце едва пробивалось сквозь морозные узоры на окне, оставляя на полу блеклые желтые полосы. В квартире стояла непривычная, звенящая тишина. Антонина Яковлевна лежала на кровати, уставившись в потолок, и слушала тиканье старых настенных часов. Каждый удар маятника отзывался легким покалыванием в непослушной правой руке. Она помнила себя другой – сильной, быстрой, вечно куда-то спешащей. Всю свою жизнь Антонина Яковлевна отдала сыну. Когда Тёме исполнилось семь лет, его отец просто собрал вещи и ушел, растворился в большом городе, словно его и не было...