Икеф Головин | Иордан Кефалиди

— Они уже здесь, — сказала девчонка. — Кто? Виктор и его дружки? — Ивон оглянулся. Луна проливала свет на поляну, на краю которой они с дядей устроили стоянку, но там, где начинались деревья, всё тонуло в густой темноте. Девочка покачала головой и прикусила губу. Она выглядела растерянной. Ивон прислушался, но не уловил ничего, кроме назойливого писка мошкары да лёгкого шелеста листвы. — Кто же? — подал голос волшебник-ослик. — И вообще, барышня, было бы здорово услышать, как вы нас нашли и главное...

Камни были разбросаны в беспорядке, будто некий великан взял их в ладонь и швырнул на площадку испытаний, как игральные кости. Лин спиной прижалась к прохладной поверхности валуна, прислушалась. Ничего. В нескольких шагах от неё площадка оканчивалась обрывом. Если заглянуть за него, увидишь далеко внизу извилистую змейку горной реки. Долина, через которую она несла свои воды, поросла густым лесом. В жаркие дни запах джунглей поднимался даже сюда. За долиной вздымалась Цапля. Крутая гора, отвесной стеной восходящая к самому небу...

Над головой мягко светилась половинка луны, серебрила облака, лениво ползущие по небу. Шелестела и горько пахла трава на задворках Овражка. Ивон на полусогнутых подкрался к плетню. За оградой на грядках белели увесистые кабачки. Надо же, теперь он вор! Стоило ради этого уезжать из родной деревни? Во всяком случае, будет о чём рассказать, когда я вернусь, подумал Ивон. Не о воровстве, конечно, а обо всём остальном. ЕСЛИ вернёшься, тут же поправила скептически настроенная часть сознания, которая последние часы всё больше давала о себе знать...

Нашаривая руками знакомые выступы и щербины в стене, Ивон вскарабкался к окну дядиного кабинета. Схватился за карниз, подтянулся и осторожно заглянул внутрь. Волшебник, разбросав ноги и задрав нос к потолку, дрых в кресле. Ивон никогда не решался залезть внутрь, хотя порой очень хотелось. Но мальчишку останавливала мысль о невидимых магических ловушках, способных превратить непрошенного гостя в горстку пепла. — Дядя! Ау! — позвал Ивон. Риберин не отреагировал. Придётся рискнуть. Ивон перекинул себя через окно и, как мог тихо, приземлился на паркет...

Овражек… мало кто в это сейчас поверит — Ивон не верил, — но когда-то это название было известно многим. Деревня стоит на Старом большаке, соединяющем портовый Аст с Красным хребтом на юго-востоке. Было время, торговые караваны везли по нему разнообразный товар, полученный морем, вглубь страны, сбывая его по дороге к горным выработкам. Там закупались оружием и серебром и пускались в обратный — более опасный, ведь оружие и серебро куда милее разбойнику, чем горшки и специи — путь к морю. Для негоциантов,...

Ивон встал до рассвета, взял удочку и заранее приготовленную наживку и вышел из башни. Путь к озеру лежал через лес. Было приятно шагать в предрассветных сумерках, вдыхая утреннюю прохладу, потому что лето выдалось жарким и каждый день до самого вечера солнце шпарило, как ненормальное. Добравшись до озера, Ивон устроился на большом камне, закинул удочку и достал из сумки припасы — кусок сыра, немного колбасы и ломоть вчерашнего хлеба. Запивать всё это Ивон собирался водой из ключа, которую набрал по дороге...

Когда Ивон узнал, что едет к дядьке Риберину, чтобы стать его помощником, он весь день ходил с глупой улыбкой на лице. Стать помощником чародея — о чём ещё мечтать деревенскому мальчишке? А затем, глядишь, учеником сделается. А там шаг до того, чтобы самому стать волшебником… Ивон строил планы. Башня, в которой он поселился в своих фантазиях, стояла на берегу живописной реки, и весь окрестный люд при виде его срывал шапки с голов. Время от времени он отъезжал по делам — уничтожить пару-другую чудовищ, спасти пару-другую красавиц, дать пару-другую советов королям...

В пустоте высился старый ясень. Удобно устроившись в его корнях, лежал человек, мужчина. Глаза его были закрыты. Из одежды на нём — только штаны до колен. Человек был смугл, плечист и темноволос. Шмяк! С ветки прямо на крупный нос мужчины свалился жирный паук. Сполз на щёку, просунул мохнатые лапки в приоткрытую щель рта… Пауки посыпались градом. Путались в волосах, скребли и царапали кожу. Человек широко раскрыл раскосые глаза и… рассмеялся. — Да, Рагул, фантазия у тебя совсем ни к чёрту стала...