Очки смотрели строго и прозрачно, Всё видели сквозь толстое стекло. И Скатерти шепнули: «Как невзрачно Всё это сватовство произошло!» Старик пиджак с потёртыми боками, Решил судьбу с малюткой увязать, Пуговку с блестящими щеками Сумел на брак неравний уломать. И Скатерть, что привыкла всё скрывать, Вдруг не сдержалась, тайну выдавая, Спешила Ложке новость передать, А та — Стакану, звонко ударяя. Стакан вскипел, забрызгал всё кругом: «Она решила с дедом обручиться! С таким богатым, дряхлым Пиджаком! Беде, я чую, суждено случиться!» Но сам Пиджак, унылый и помятый, Не смог бы юность эту убедить, Ему помог посредник бесноватый, Сумевший крепко узел закрутить. Цыганка острая, проворная Игла, Туда-сюда снуя без остановки, Интригу эту ловко заплела, Пришив бедняжку намертво и ловко. Ей не сиять на солнце золотом, Ей суждено висеть в тени кармана, Где, говорят, скрывается притом Десяток жен — жертв этого обмана. Не видела она других мужчин, Ни Фраков стильных, ни крутых Камзолов, Лишь Шов крестом — одна из всех причин, Что стала жертвой этих произволов. Когда она запуталась в Петле, Весь шкаф гудел от возмущенья злого: «Расчёт корыстный виден на челе, Здесь нет любви, даю вам в этом слово!» Жалели сироту, лили елей... Но суть проста, как этот старый дом: От жизни сладкой и от добрых дней Никто не лезет в петлю напролом. © Copyright: Котя Ионова, 2026
1 неделю назад