Текучие часы.

Последний снег. Грустнее нет его. Он падает чтоб, Почернев, ручьем Уйти. Весну позвав, Водою землю Напоив

Листок осенний пал. Так повелось. Зима несет покой и смерть. Привыкнуть надо. Не жди прощений, нет рассвета. Лови момент, последний он. Быть может.

Что в прошлом нам дано? Любовь, друзья, успех? Иль неудач коварных Сеть? Песчинки дней прожитых Пали. Не вернуть. И их осталось Так немного. Поторопись и Насладись минутой каждой, Данной Богом.

Все в мире, этом мире, созданном Творцом, попускается Господом. И только потому, что детям Своим, созданным по образу и подобию, Он дает возможность самим, безо всякого принуждения, выбирать между злом и добром. И не обращать внимания на 50 оттенков серого. Потому как серый цвет — предтеча черного, безмолвного, бесконечного, холодного и совершенно бездушного космоса одиночества. Одиночество — хорошая штука, чтобы зайти к себе и посмотреть, что там внутри. Не помню, чья это мысль. Но не моя — точно. Однако в том-то и дело, что одиночество хорошо только тогда, когда есть возможность вернуться в мир коммуникаций, увидеть людей, услышать их голоса и мысли. А то одиночество бесконечной холодной темноты без малейшей надежды выйти мне и чудится адом. Быть вечность только наедине с собой, обладая разумом и всеми человеческими чертами и характеристиками, — это пытка бесконечная, как сама Пустота, и, конечно, самая страшная из всех. Даже сойти с ума непонятно как. Нет критериев безумия, как и нет критериев адекватности реальности. Ее, реальности, нет. Есть Пустота. Я вспомнил опыт. Если посадить крысу в одиночестве в темном пространстве, а крысы, как известно, одни из самых социальных существ, то через какое время она начинает наносить себе же смертельные раны. Но крыса находится в ограниченном пространстве и смертна. В том Одиночестве нет ни пределов, ни времени, а значит, и смерти. Ты будешь заперт сам в себе навсегда