Инна fm

Яркое утро на берегу Крымского залива. Лето 2012 года. Ветер привычно скользит по равнине и палатки шумят со всех сторон. После завтрака скучаю по творогу, ведь тут слишком жарко чтоб хранить такое, а до ближайшего посёлка идти целую вечность по тропинке открытого поля. Товарищ из Преднестровья интересуется, почему именно творог. Я рассказываю любимый рецепт, от которого обычно у других округляются глаза. У него нет, смеётся. К полудню становится слишком жарко, и по очереди не мой рабочий день, потому садовое кресло стоит прямо в воде, и я прямо на нём. Холодный солёный залив Донузлав. В пяти метрах от каменистой берега наша палатка. Можно всю ночь болтаться на берегу. С ребятами из Донецка, или хохотушками из Минска. Мы все дружили. Следующий день такой как предыдущий, а значит солнце, жара, солёный воздух и душ из бака. День моей лекции. Один рабочий час. Голос подорван, настроение приподнято. Присоединились любимые Преднестровцы, кроме одного. Меня зовут к полевой кухне. На скамейке мой товарищ. В руках творог, огурцы кинза и чеснок. Улыбается. А я самый счастливый человек на берегу Донузлава. Уже через месяц я за сутки собирусь пересечь несколько границ на рейсовом автобусе, чтоб снова обнять тех, с кем нас свёл этот берег. А пока я жую свой солёный творог и радуюсь, вот она какая бывает жизнь. Из воспоминаний.

С 2014 года я периодически оказываюсь перед выбором: - быть сопереживающей, участливой, знать все последние новости и "держаться вместе" со всем своим активно обсуждающим происходящее окружением. - минимизировать чтение новостных лент, своё присутствие в соц. сетях, исключить общение с паникёрами на 100%, ввести для диалогов со мной стоп-тему, не обсуждая актуальную проблему. В первом варианте я занимаю социально-одобряемую позицию, ведь она понятна большинству, и основана на страхе, который испытывают все. Во втором варианте я: бессердечная эгоистка, высокомерная пофигистка, плохая подруга, дочь и далее по списку. А ещё, в первом варианте я - обостряю все свои стрессоры, перестаю спать, ловлю приступы аритмии, скатываюсь в агрессию по малейшему поводу, не справляюсь с бытом, возвращаюсь к психиатру за медикаментозной поддержкой. Во втором: боюсь так же, как и все остальные, но сохраняю себя для возможности дальнейшей жизни и нормального климата в своей семье. Я хочу дышать! Я в этом ужасе буквально схожу с ума и задыхаюсь. Боль причиняет не только происходящее, не зависящее от нас, но и вот эта аккумуляция тревоги. Чертов осиный улей. Мне плевать как это выглядит. Я хочу иметь ресурс читать своему сыну и не душить в себе слёзы на ровном месте. Вести машину и не дёргаться от взрыва салюта. Не глотать антидепрессанты, чтоб просто жить каждый следующий день. Я включаю "режим тишины". Тишины, по отношению к теме, ввергающей меня в панику. Я должна была заботиться о себе и ребёнке. В 2014, во время разгрома ДНР и ЛНР. В 2020, во время коронавирусной истерии. В 2022, во время начала спецоперации. И сейчас, во время войны. Каждый переживает тяжёлые времена так, как ему проще. Кто-то хочет чувствовать себя среди людей, в этой общей беде, и готов делиться своими эмоциями и ждёт подобных в ответ. Ведь мы все в одной лодке. Но к счастью, я отлично плаваю. И для своего блага, я ныряю под воду.