Станислав Севастьянов

ВРАГИ ЛИЧНОГО СЧАСТЬЯ Подъезд, в котором жила Маша с родителями, был в изобилии заселён любителями собак. Любители кошек, конечно, тоже имелись, просто они не афишировали открыто свою привязанность. Кошки существа замкнутые, миролюбивые, им для тихого счастья и домашнего дивана достаточно. Маша была как раз такой кошатницей. Её Маркиз не только окрасом своим напоминал персонаж из известного мультфильма, но и характер у него был властный и своенравный. Когда Маша выходила с Маркизом на прогулку, все местные псы старались попрятаться или вообще уводили своих хозяев по домам – от греха подальше. Маше даже обидно становилось, ведь она так надеялась познакомиться с хозяином черного бультерьера, жившим в одном с ней подъезде. Но бультерьер справедливо опасался Маркиза, даже бежал от него, поджав хвост. Так младшие братья наши делались врагами нашего личного счастья, увы.

СЧАСТЛИВАЯ ДОРОГА Андрей Павлович мечтал о дороге, которая приведет его к новой жизни. «Ведь такая дорога непременно должна быть, – размышлял он. – Без нее как жить? Чем утешиться?» Долго он об этой дороге думал и грезил, бывало, что уже и отчаится, но все равно в конце концов продолжал мечтать и верить. А однажды, когда на дворе стояла осень, а Андрею Павловичу стукнуло пятьдесят годков, случилось долгожданное событие: Андрей Павлович прочитал о дороге своей мечты в газете, что, мол, по такой-то дороге из таких-то дальних мест возвращался такой-то человек. Человека ограбили и отняли тысяч триста денег, но что из этого, сам виноват, что мечту на деньги променял. Андрей же Павлович не такой, слишком долго он хранил свою мечту в душе, чтобы предать ее. И он сел на велосипед и направился по указанной в газетной заметке дороге навстречу новой жизни... Но через два дня его тоже ограбили: отняли двадцать пять рублей и велосипед. И тоже, наверное, написали о происшествии в газете. Вот так у Андрея Павловича началась новая жизнь: без гроша в кармане и велосипеда. Он шел пешком по дороге, любовался окрестностями, ни о чем больше не тревожился и был счастлив.

КОНЕЦ СВЕТА Их жизни шли параллельными курсами, возможность пересечься равнялась нулю, – и всё-таки они пересеклись, и он мгновенно и безвозвратно полюбил ее. Как оказалось, эта любовь вела в безутешность и непроглядный мрак... А началось все с невинного ветерка, который сорвал с тополя в сквере пожелтевший лист. И лист закружился и опустился на скамейку, на которой сидела она. А он сидел на том самом листе. Один шанс из миллионов, но всё же. И он решил, что движение это не только жизнь, но и счастье, – и взобрался по ее платью к самой ее шее и зажмурился от исходившего от нее запаха. Божественная! Он влюбился, он не мог остаться равнодушным, он не мог не потерять от нее голову... А когда он наконец открыл глаза, она уже вернулась к себе домой, сняла платье и повесила его на вешалку в платяном шкафу. И он снова увидел ее. Богиня! Обольстительная и желанная! Голова его закружилась от восторга, он страстно протянул к ней лапки... Но тут дверь шкафа захлопнулась и сделалось непроглядно темно... Для влюбленного муравья наступил конец света.

РАННИМ УТРОМ Зачем вы спите по утрам, люди дорогие? Особенно теперь, когда туманные утра столь прекрасны, что глаз не оторвать от их величественности и очарования. Вы лучше приклоните голову днём, когда всё в природе принимает свой обычный и как бы вялый, незаинтересованный вид, а ранним утром, с рассветом, спать попросту неразумно, хотя конечно, и особенно хочется. Но смотрите: с любопытством пробуждаются деревья и травы, пробуждается и оживает туман в низинах, открывают глаза и навостряют уши в поисках еды зайцы и зайчихи, даже фазаны кричат спросонья как-то особенно бодро и жизнерадостно. А вы досматриваете свой непонятный, абсурдный сон, в котором ничего не понять, как ни толкуй с помощью хитроумного сонника. Так что лучше вовсе не смотрите утренних снов, а просыпайтесь вместе с природой: она мудра, прекрасна и понятна. И кстати, аппетит на завтрак у вас будет на загляденье отменный.

НОГА ЧЕЛОВЕКА Вероника Сергеевна решила прогуляться за городом, уж очень её тянуло куда-нибудь на природу, где не ступала нога человека. Надела нарядное платье, туфли красивые и пошла. Пришла за город, смотрит по сторонам и видит дикие холмы и необузданную цивилизацией природу. Как раз то, чего она так страстно хотела. И пошла Вероника Сергеевна вдоль холмов и необузданной цивилизации, и так ей светло на душе и радостно, что даже грустно оттого, что только сейчас, а не десять лет назад, она догадалась совершить эту прогулку. И подошла она к луже, тоже островку необузданной цивилизации, тоже дикой и манящей. И хотела уже скинуть туфли и освежить ступни, и даже уже и разулась и занесла над лужей правую ногу... – как заметила в луже след цивилизации. Подняла валявшуюся рядом ветку, подцепила подозрительный предмет, а это... женская туфля, кстати на вид довольно приличная. «Блин», – с досады всхлипнула Вероника Сергеевна. Бросила ветку в лужу, развернулась и босиком пошла домой. Так от расстройства свои туфли в руках и держала, только уже в городе надела, а то асфальт горячий.