Тихий голос

Главные городские артерии закупоривало автомобилями, словно холестериновыми бляшками. Пробки все росли – люди спасались бегством из города. Марк наблюдал за металлической рекой сквозь прозрачное стекло и грустно усмехался про себя. С одной стороны, если была возможность отправиться в свой частный дом, подальше от мародеров и опасности, это было логичным решением. Но те, кто не мог похвастаться загородной недвижимостью, просто уезжали в никуда. Был ли у них шанс жить вдали от остатков цивилизации? Майк свернул с магистрали на прилегающую дорогу...

Тишину, повисшую над улицей, разорвал истеричный крик. — Что? Почему я не могу заплатить? Почему, твою мать?! Это стало спусковым крючком. Женщина с ярко—алыми губами, стоявшая у терминала оплаты внутри кафе и на чьих брюках растекались кофейные пятна, вдруг рассмеялась. Звук получился страшным — визгливым и ломающимся. Она поднесла телефон к уху, глядя в пустоту. — Милый? Привет! Ты видел, да? Знаешь, мы расстаемся! Если и сдохнуть, то далеко от тебя! — она закричала в трубку так громко, что люди рядом шарахнулись в стороны...

Обычный весенний день в мегаполисе не отличался от других таких же теплых майских будней. Ярко светило солнце. Люди сменили одежду с теплых пальто и курток на легкие тренчи и свитера. Самые отчаянные из них вовсе выходили в футболках, подставляя тело под теплые лучи. Марк был одним из таких. Он с наслаждением потягивал холодный кофе из пластикового стаканчика, сидя на открытой веранде любимого кафе. Напротив, словно его полная противоположность, расположился Майк. Собранный, вечно мерзнущий, в черной водолазке и светло—бежевом тренче, который подчеркивал аристократическую бледность кожи...

Они всегда были вдвоем: когда родились с разницей всего в восемь минут, сделали первые шаги и сказали первое слово, когда вместе пошли в детский сад, школу. После выпуска выбрали одинаковую специальность в университете — библиотечное дело. В их жизни всё было общим: семья, друзья, секреты. Одна жизнь на двоих. Без второй половины каждый чувствовал себя ампутированным. Наверное, именно поэтому они не расставались даже ночью, предпочитая спать в одной комнате, иногда даже на соседних кроватях, слушая дыхание друг друга...