— Ты перевела уже? — спросил Денис. — Проверяю фамилию. Тут одну букву не разобрать. — Сейчас у мамы спрошу. Не клади трубку. Денис отодвинул телефон. Я слышала, как скребёт по полу табуретка. Он объяснил матери, что я сижу с переводом и сомневаюсь в фамилии. — Пусть платит, лошица, — отчётливо отозвалась его мать. — А то опять со своими условиями начнёт. Пускай думает, что общее. На экране было двести восемьдесят тысяч рублей и синяя кнопка подтверждения. Я сидела в машине у объекта: сапоги в глине, на соседнем сиденье — чехол от геодезического прибора...
Советская ностальгия
– Мой брат откроет в твоём цеху автосервис, выметайся! – скомандовал супруг. Я обесточила здание, и его бизнес-план рухнул в темноту
Вечером мы должны были отправить заказчику партию дизайнерских столов. Вместо этого муж привёз в мой работающий цех родственников, которые уже потратили деньги на автомобильные подъёмники. Отказаться от их затеи означало потерять не только семейный мир. — Мой брат откроет в твоём цеху автосервис, выметайся! — объявил Игорь и хлопнул ладонью по длинному сборочному столу. На столе лежали детали обеденных столов из ясеня. До отгрузки шести столов оставалось четыре часа, а на последней столешнице я проверяла покрытие...
– Твоя типография мешает, тут будет склад маминого хлама! – бросил муж. Блокировка пропусков оставила его куковать на проходной
Вера пятнадцать лет строила полиграфическую компанию и разрешила мужу испытать на её складе новую программу. Однажды утром она увидела возле печатных машин чужих рабочих с такелажными ремнями. Муж уже назначил день переезда для товаров своей матери, а у Веры к вечеру должен был уйти важный заказ. — Твоя типография мешает, тут будет склад маминого хлама! — бросил Роман и показал рабочим на станок. — Этот пока выкатите под навес за грузовыми воротами. Второй потом решим, куда поставить. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он не шутит...
Супруг фиктивно продал общий внедорожник другу за сто тысяч. Суд обязал его выплатить жене половину рыночной цены
«Машину продал за сто тысяч. Половину тебе переведу. Вторые ключи оставь у консьержки», — прочитала Ия, остановившись посреди пустого гаража. У стены, где вчера стоял внедорожник, остались четыре колеса, домкрат и складная рампа. Ия привезла на тележке коробки с посудой для магазина. Через час их ждали на другом конце города. Она дотолкала тележку под крышу: мокрый снег уже размочил картон по краям. — За сто тысяч? Кому ты её отдал? — спросила Ия, когда муж ответил. — Лёше. Договор в бардачке, себе копию я взял...
Свекровь пыталась выписать невестку из трешки, но забыла про отказ от приватизации. Суд закрепил бессрочное право
— С первого числа твою комнату я уже пообещала покупателю, — Алла Петровна придвинула Нине объявление. — В четверг придут смотреть. Диван можешь пока оставить. — Что именно вы объяснили? Что я съезжаю? Алла Петровна забрала лист обратно и прижала магнитом к холодильнику, поверх Нининого графика смен. — Подала я на выписку. Уведомление получишь. Дима знает, если тебе нужно у него спросить. Нина вернулась из депо с ночной смены. В объявлении её комнату назвали второй спальней. Ради снимка с дивана сняли покрывало, а рабочую сумку с пропуском переставили на подоконник...
