Кот Рубин. Истории для всех.

— Ты куда опять кашу потащила, Варюша? Остынет же на морозе, самой потом невкусно будет, — раздался от большой белёной печи мягкий, певучий голос бабушки Антонины. — Я не себе, бабушка. Я для того рыжего, который у поленницы вчера прятался, — ответила девочка, натягивая на ходу тяжёлую пуховую шаль и стараясь не расплескать содержимое широкой глиняной миски. — Ох, привадишь ты лесного жителя к нашему порогу. Зверь он вольный, к чащобам привычный. Негоже ему на готовую еду надеяться, да и опасно...

— Ты только не закрывай глазки, пожалуйста, — раздался тонкий детский голосок из-за густых зарослей папоротника. — Мама говорит, что нужно всегда смотреть на свет. Слышишь меня? — Ууух, — едва слышно, словно тяжелый вздох, ответило кому-то невидимое существо. — Вот и умница. Я с тобой посижу. А эта светящаяся коробочка нам не помогает, она уснула... Матвей замер, остановив занесенную для шага ногу в тяжелом резиновом сапоге. Старый лесник знал в этих краях каждую тропинку, каждую поваленную бурей сосну, каждый птичий свист...

— Ты слышишь, как тяжело гудит в трубе, Тёма? — Слышу, папа. Деревья там, за окном, словно жалуются на стужу. Ветер совсем рассердился. — Стужа нынче злая, не щадит никого в лесу. Разжигай печь пожарче, а я пойду проверю дальний обход. Метель заметает все тропы, нужно успеть положить сено в кормушки для лосей. — Папа, а ты не заблудишься? Снег летит так густо, что даже нашего колодца не видно. — Лес меня знает, а я знаю лес, сынок. Главное — держи тепло в доме. Мама скоро вернется от соседей, ставьте самовар...

— Деда, стой, не пугай ее, — раздался тихий, почти прерывающийся шепот откуда-то снизу, от самых колен. — Да я и не дышу почти, Лешка. Откуда она тут взялась, у самой воды? — мужчина медленно, стараясь не производить лишнего шума, опустил тяжелую влажную сеть на холодный песок, покрытый мелкой галькой. — Она не одна. — Как это не одна? Леснику надо нести, замерзнет ведь кроха, дрожит вся, словно осиновый лист на ветру. — Там, в тальнике, еще кто-то дышит. Послушай, деда, там шуршит сухая трава. Рыбак Матвей замер, прислушиваясь к звукам пробуждающейся природы...