Цена измены

Пакеты с фурнитурой Ольга несла на руках, потому что сумка с молниями разошлась ещё у метро. Пятница выдалась длинной: два заказа на дому, один с примеркой перенесли, второй она домучила к семи. Матвей остался у соседки, у Нины Петровны с третьего этажа, доделывать поделку к школьной выставке. Дома было тихо. Пахло чужим, не её, парфюмом — сладким, с ванилью. Ольга поставила пакеты в коридоре, разулась, прошла на кухню, налила воды. Потом открыла шкаф в спальне, чтобы повесить куртку. Между его рубашек лежал подарочный пакет...

Наталья стояла у стиральной машины, когда рука наткнулась на что-то твёрдое в кармане куртки. Наталья стояла у стиральной машины, когда рука наткнулась на что-то твёрдое в кармане куртки. Куртка мужа, тёмно-синяя, которую она собиралась отправить в химчистку. Пальцы вытащили сначала чек — узкая полоска бумаги из ювелирного магазина на Кузнецком. Серьги с бриллиантами, семьдесят четыре тысячи рублей, дата — третье ноября. Потом вторую связку ключей. Два ключа на кольце с брелоком — логотип жилого комплекса «Северный парк», который достраивали в двух остановках отсюда...

Ольга стояла в прихожей с полотенцем в руках и смотрела на Антона. За его спиной, на лестничной площадке, переминалась с ноги на ногу Раиса Львовна в сером пуховике и с пакетом, из которого торчал уголок торта. Было семь утра. — Ты с ума сошёл, — сказала Ольга. — Ксения ещё спит. — Я по делу, — Антон шагнул через порог, не разуваясь. — Мне негде жить. Ты в курсе. Она в курсе. Она в курсе уже месяц, с того самого звонка свекрови, когда та попросила забрать его вещи из кладовки. Тогда же выяснилось, что Марина уехала к сестре в другой город и забрала машину, оформленную на неё...

Оксана стояла посреди кухни с папкой в руках и смотрела, как Дмитрий убирает со стола чашку. Двадцать лет вместе, двенадцать из них — в этой квартире на Речном, которую она купила сама, ещё до свадьбы, на деньги от продажи комнаты в коммуналке. Тогда, в две тысячи одиннадцатом, Дмитрий пришёл к ней с одним чемоданом и долгом по алиментам от первого брака, о котором она узнала только через год. Она ничего не сказала. Просто открыла папку и достала верхний лист. — Ты декларацию собираешь? — спросил он, не оборачиваясь...

Лариса стояла у плиты, когда услышала, как в прихожей повернулся ключ. Она не обернулась — знала по шагам, что это Денис. Он всегда входил тяжело, будто за ним закрывалась не дверь, а шлюз. Часы показывали без десяти одиннадцать. Тимур давно спал, его учебники были разложены на кухонном столе — завтра контрольная по математике, и она обещала проверить примеры. Денис прошёл мимо, не сняв куртку, и от него потянуло чужим запахом. Не табак, не его обычный одеколон. Что-то сладкое, цветочное, дорогое...