Поворот не туда

На сороковой день после смерти мужа свёкор протянул мне ладонь и сказал: «Ключи давай. Машину я завтра заберу». Он стоял в прихожей, ещё в пальто. А я держала поднос с чашками и никак не могла понять, куда его поставить, чтобы не зазвенела посуда. За столом оставались моя сестра и соседка. Свекровь сидела на кухне, собирала в контейнер нетронутые пирожки. После ухода мужа я готовила слишком много. Рука сама доставала большую кастрюлю. - «Виктор Петрович, зачем вам ключи?» - «Как зачем? Серёжина машина...

В шестьдесят два года Ирина впервые вызвала судебного пристава к собственному дому. Пока ждала у калитки, дважды спрятала в сумку решение суда и дважды достала обратно. За кухонным окном сидел брат её покойного мужа и пил чай из чашки, которую она покупала ещё к серебряной свадьбе. Он видел её. Но дверь не открывал. Сергей появился у них в ноябре. Приехал с клетчатой сумкой и коробкой, перевязанной бельевой верёвкой. После расставания с женой ему негде было жить. Муж Ирины, Николай, встретил младшего брата на остановке...

В тридцать два года я узнала, что муж умеет держать женщину за руку так, будто ему больше никуда не надо. Со мной он обычно шёл впереди, а я торопилась следом с коляской. В тот день он стоял возле парковой скамейки и согревал чужие пальцы в своих ладонях. До него было три шага. Я остановилась, потому что переднее колесо застряло в щели между плитками. Наклонилась поправить его. Подняла голову. И увидела Сашу. Утром он искал чистую рубашку и сердился, что я положила её не на ту полку. Я кормила нашу восьмимесячную дочь и показала подбородком на шкаф...

В договоре было написано, что мою квартиру сдаёт Андрей Викторович Сомов. Мой младший брат. Тот самый, который год назад приехал с дорожной сумкой и спросил, можно ли ему пожить у меня до первой зарплаты. Я перечитала строчку. Потом посмотрела на молодую женщину, стоявшую в прихожей с ребёнком. «Он сказал, что вы уже переехали». Когда Андрей позвонил, я чистила картошку. Телефон лежал возле раковины, и я включила громкую связь. - «Лен, мы с Оксаной разошлись. Мне пока некуда». Ему было сорок шесть...