Четыре лапы и хвост

Зашуршала пакетом со сметаной — кошка прибежала из спальни: как один звук стал для неё главным сигналом к обеду Стою на кухне, стараюсь беззвучно снять крышку с банки сметаны. Кошки нигде не видно. Секунда тишины, и вдруг слышу топот из коридора — она уже в дверях, смотрит на меня так, будто поймала с поличным. Хочется хоть раз спокойно съесть ложку сметаны, не отбиваясь от пушистого контролёра. Не разбудить домашних. Просто поесть. Но каждый раз происходит одно и то же. А началось всё с одного момента, на который я даже внимания не обратила...

Теперь на диване сидим по очереди — кошка решила, что серый плед только её, и спорить бесполезно Я поймала себя на том, что машинально отодвигаю мужа от дивана. Он уже занёс ногу, чтобы сесть, а я почти шепотом говорю: не садись, там Муся. Он оборачивается, смотрит на меня с недоумением, потом на кошку, свернувшуюся на сером пледе, и отступает. Мы оба понимаем, как нелепо это выглядит. Запрет возник сам собой, но теперь его соблюдают все. Я ловлю себя на том, что объясняю гостям, куда можно сесть, а куда нет, и каждый раз чувствую неловкость...

Кот убегал от детей в шкаф — теперь каждый вечер сам приходит на шум и устраивается в центре компании Полгода назад мой кот Тимофей исчезал при одном только звуке детских голосов. Теперь он сам выходит из комнаты, как только слышит смех и топот, и укладывается посреди гостиной, будто пришёл на своё любимое представление. Вчера вечером племянники снова приехали в гости. Они устроили на полу крепость из подушек, визжали, кидались игрушками, и я уже приготовилась к тому, что Тимофей провалится под кровать на весь вечер...

Кот объявил мне бойкот спиной к миру — перестановка мебели закончилась тем, что он целый день сидел отвернувшись Я поменяла в квартире расстановку, и в тот же момент у нас появился новый жилец: обиженный кот, который сделал вид, что людей больше не существует. Он уселся на самом видном месте, спиной ко всем, и застыл, как памятник принципиальности. Я зову — ухо дёрнулось, но голова даже на миллиметр не повернулась. Поставила миску — взгляд в стену, будто еда теперь где-то в другой вселенной. А мне...