Право на правду: Истории из жизни

– Материал повреждён не по нашей вине. Files corrupted, бывает. Аванс, извините, не возвращаем, работа была проделана. Сергей произнёс это ровным голосом, глядя куда-то поверх моего плеча, будто сообщал о задержке автобуса, а не о том, что от единственного дня свадьбы моей дочери не осталось ни одной секунды. Стояла посреди его тесной студии на третьем этаже бизнес-центра и не понимала, шутит он или нет. За стеклянной перегородкой гудели компьютеры, на стене висели глянцевые кадры чужих счастливых пар...

– База клиентов была общей, – сказал Игорь, не глядя мне в глаза. – Я имею полное право её использовать. Мы стояли в переговорной, которую восемь лет назад обставляли вместе, скидываясь на каждый стул. За стеклянной стеной сидели наши менеджеры и делали вид, что не слышат. Хотя слышали всё. – Общей она была, пока мы работали вместе, – ответила я. – Ты ушёл. Забрал половину. И теперь звонишь моим заказчикам. – Нашим заказчикам. Он поправил меня спокойно, как поправляют ребёнка. Достал телефон, пролистал что-то и повернул экран ко мне...

– Мы не будем одобрять вам ремонт. Вы же понимаете, что мастерская – это не первая необходимость. Инспектор соцзащиты произнесла это так буднично, будто отказывала в выдаче справки, а не перечёркивала три месяца работы. Ольга положила ладонь на папку с документами и не убрала. – В прошлом месяце вы одобрили женщине из моего дома шестьсот тысяч на ремонт квартиры. Не на бизнес. На ремонт. – Там были другие обстоятельства. – Какие? Инспектор поправила очки. За её спиной гудел старый кондиционер, роняя капли в подставленную пластиковую банку...

– Собака остаётся у меня. Ты её даже не кормила ни разу, Марин. Только гладила, когда фотографироваться надо было. Игорь стоял в дверях кухни, той самой, где ещё полгода назад они вместе клеили плитку над мойкой. В руках держал поводок. Не свой – её, старый, с потёртой красной лентой, который она сама покупала девять лет назад в переходе у метро. Марина медленно поставила чашку. За спиной у неё, под столом, зашуршала Ласка – рыжая, тяжёлая, с седой мордой. Собака подняла голову и посмотрела сначала на одного, потом на другую...