Мария Соловьёва

Обидная до слёз история, которую знает половина родителей выпускников. Ребёнок готовился весь год. Знал материал, решал варианты, репетитор хвалил. А на самом экзамене — как отрезало: руки трясутся, голова пустая, простейшую задачу читает и не понимает. Вышел с баллом ниже, чем на любой пробной. И вы стоите и не понимаете: как так, он же ЗНАЛ? Меня зовут Мария Соловьёва, я много лет пишу о детском образовании. И я хочу поговорить про эту ситуацию честно, даже если это будет неудобно. Потому что «поплыл на экзамене» — это почти никогда не про то, что ребёнок плохо готовился. Это про тревогу, которая в решающий момент стёрла всё, что он знал...

Знакомое чувство? Родительский чат, и там снова: «А вы к кому по физике ходите? А по русскому? А по математике уже взяли?» И вот вы сидите, считаете — репетитор по трём предметам, каждый по паре занятий в неделю, — и выходит сумма, сопоставимая с платежом по ипотеке. А внутри холодок: все нанимают, а мы что, хуже? Мы недодаём ребёнку? Меня зовут Мария Соловьёва, я много лет пишу о детском образовании. И я хочу поговорить про репетиторскую лихорадку честно — без паникёрства «без репетитора никуда» и без обесценивания «раньше сами справлялись». Потому что цифры сейчас правда пугающие: на подготовку...

Систему школьных оценок сейчас лихорадит. В одних регионах ввели средневзвешенный балл — и родители судятся со школами, потому что одна двойка теперь «весит» как три. Готовят оценки за поведение. В Госдуме звучат призывы отменить домашку. Родительские чаты кипят: одни в панике, другие ликуют, третьи просто не понимают, что теперь будет с их ребёнком. Меня зовут Мария Соловьёва, я много лет пишу о детском образовании. И глядя на всю эту турбулентность, я хочу задать вопрос, который за спорами о конкретных реформах обычно теряется. Не «какая система оценок лучше». А более неудобный: оценки вообще...

В школе стало проще: закон ограничил телефоны на уроках, и хотя бы там ребёнок теперь смотрит на учителя, а не в экран. А дома? Дома никакого закона нет. Дома есть вы, ребёнок и телефон, который он не выпускает из рук, — и ежевечерняя война за то, чтобы он его наконец отложил. Меня зовут Мария Соловьёва, я много лет пишу о детском образовании. И я хочу поговорить про эту домашнюю войну честно — без паникёрства «гаджеты губят поколение» и без сдачи позиций «ну а что делать, сейчас все так живут». Потому что правда, как обычно, посередине, и в ней есть вполне рабочие ходы. Давайте разберёмся, как перестать воевать и при этом не махнуть рукой...