Семейный счёт

— Даша больше не учится, — сказала Светлана, когда Игорь положил на стол деньги на следующий месяц. Дочь сидела напротив и смотрела в тарелку. Четыре месяца Светлана рассказывала мужу про пары и зачёты, которых не существовало. Игорь не сразу понял. — В каком смысле — не учится? — Она забрала документы ещё в октябре. Он убрал руку со стола. — Сейчас февраль. — Я знаю. — Четыре месяца? Светлана кивнула. — Это правда? — спросил он у дочери. — Да. — А где ты была всё это время? — Работала. Иногда сидела у подруги или в библиотеке, чтобы не приходить домой раньше...

— Не зови папу на мою свадьбу, — сказала Катя. — Даже не говори ему, где будет церемония. Елена сидела напротив дочери в кофейне. До свадьбы оставалось пять недель. — Кать, он всё-таки твой отец. — Поэтому я и прошу. Сначала он скажет, что обязательно придёт. Потом пропадёт. Или появится в последний момент и весь день будет ждать благодарности за сам факт присутствия. — Люди меняются. — Я не хочу проверять это на своей свадьбе. Мама, просто пообещай. Катя говорила спокойно. От этого просьба звучала ещё твёрже...

За неделю до своей свадьбы Вероника открыла машину жениха и увидела на заднем сиденье детское кресло. У них с Михаилом не было детей. У его сестры — тоже. А кресло было не новым: ремень потёрт, на подлокотнике засохло пятно от сока, под сиденьем застрял синий фломастер. Михаил вышел из магазина с пакетами и остановился, увидев, куда она смотрит. — Я собирался рассказать. — До свадьбы или после? — До. — У тебя осталось семь дней. Он поставил пакеты в багажник. — Его зовут Данил. Ему девять. — Твой сын? — Нет...

— Я не пущу тебя домой, — сказала Лариса взрослому сыну через закрытую дверь. Андрей стоял на лестничной площадке с дорожной сумкой и звонил уже в шестой раз. Три дня назад она сама расстелила ему постель в свободной комнате. Теперь держалась за ручку обеими руками, будто сын мог войти одной своей уверенностью. — Мам, хватит. Открой. — Мы договорились на три ночи. — Ты серьёзно будешь считать ночи родному сыну? Лариса закрыла глаза. Считать она начала слишком поздно. Три дня назад Андрей появился после её смены...

— Это Артём. Он сказал, что ты его дядя, — произнёс Миша с порога. Рядом с пятнадцатилетним сыном стоял мальчик лет восьми: в школьной куртке, с тяжёлым рюкзаком и пакетом сменной обуви. Павел четырнадцать лет не видел сестру Яну. Миша вырос, почти не зная, что она существует. — Повтори, — сказал Павел. — Я Артём. Мама сказала, вы её брат. Надежда вышла из кухни. — Миша, где ты взял ребёнка? — Он ждал меня у библиотеки. Мальчик достал из рюкзака сложенный листок. «Паша, пожалуйста, оставь Артёма у себя...