Az & Vel

Есть любовь-страсть, что жжёт, как пламя. Есть любовь-долг, что крепнет годами. Но первее всех— тихая повесть, Что звучит в колыбельной, что шепчет: «Не бойся». Он родился. Не осколок сверкающий, А комочек дрожащий, беспомощно-млеющий. И два сердца, что бились лишь для самих себя, Вдруг забился в унисон, его зовя. Он не спит — и они не дремлют. Он вздохнёт— и они весь мир обнимут. Они стали его кожей, его лёгким, его глазом, Чтоб дыханье его не споткнулось ни разу. Это ведание. Мать, что сквозь сон Слышит крик его за три комнаты, за сто стен...

В одном удивительном саду под названием Мир росло бесчисленное множество цветов. Они были разными до невообразимости: высокие и стелющиеся по земле, с алыми лепестками, похожими на языки пламени, и нежными, будто утреннее небо; одни благоухали так, что голова шла кругом, а другие хранили свой аромат в тайне. Шум этого сада был похож на величественную симфонию — гимн разнообразию и жизни. Но некоторым садовникам эта симфония резала слух. Они жаждали не гармонии, а единого аккорда. Одного-единственного звука...

Возможно в жизни важно не разделять, а чтобы понять единство. Есть время, чтобы научиться понимать... Мы, люди, может быть, из разных мест, но здесь у нас на всех одна дорога. Звезда Давида, полумесяц...

В мире, где каждый — уникально настроенный камертон, звучит великая симфония. Одни вибрируют страхом, другие — гневом, третьи — печалью. И есть те, кто ищет единственную ноту, чтобы слиться с ней в оглушительном унисоне...