Мёртвый Эфир...

Игорь Иванов никогда не верил в проклятия. Даже когда вся Листвянка вполголоса перешёптывалась, что старый дедовский дом на улице Береговой, сразу за поворотом к причалу, стоит на костях. Он жил в Красноярске, в шумном мире юридических формулировок и рациональных доказательств. Четвёртый курс юридического факультета приучил его к тому, что за каждым «чудесным спасением» или «роковым совпадением» стоит чья-то выгода, чья-то ошибка или чья-то ложь. Чудес не бывает. А если и бывают, то они всегда имеют под собой твёрдую подошву человеческого фактора...

Привет, это «Дарк Сейв Икс», и с вами снова ваш проводник в мир забытых тайн и тех историй, которые предпочитают не рассказывать по телевизору. Сегодня особенный выпуск. Я очень долго к нему готовился, и, честно говоря, до сих пор не могу поверить, что держу это в руках. Посмотрите сюда. Камера медленно наезжает. В кадре крупным планом — красивые молодые руки с аккуратным маникюром, длинные пальцы, немного дрожащие от волнения. Они перелистывают пожелтевшие, хрупкие страницы. Кожаный переплет, потёртый на сгибах, выцветшие золотые буквы на корешке...

Всё началось с пыли. Старой, липкой, въевшейся в бумагу библиотечной пыли, которая забивалась в лёгкие и оседала на языке горьковатым привкусом забвения. Максим сидел в читальном зале районной библиотеки уже третий час, перелистывая подшивки газет за 1987 год. За окном стоял душный июнь, пахло разогретым асфальтом и цветущей липой, но здесь, в царстве стеллажей и тишины, время словно застыло. Он искал материал для курсовой по истории забытых поселений, но нашёл нечто иное. Заметка была короткой, свёрнутой в колонку на третьей полосе газеты «За коммунистический труд»...

Над горизонтом висело красное Солнце, его лучи проникали сквозь густые тучи песка, поднимающиеся над поверхностью пустоши и уносящиеся вдаль безудержным ветром. В этом безжалостном водовороте обжигающей бури смешалось все - земля с ее пылью, горы с их величием, небо с его бескрайней глубиной. Казалось, в этом мире не было места ни для кого и ничего. Но под красным диском, незыблемо удерживающим свое место на небосклоне, далеко на горизонте показались четыре черных силуэта, медленно, но настойчиво приближающиеся к этой безлюдной и грозной пустоте горизонта...

На улице начался дождь. Горячие капли падали на лицо Андрея и стекали вниз по его пыльной одежде. Впервые за 67 суток пошёл дождь. В этих пустынных краях после инцидента редко шел дождь. Это был настоящий праздник для фермеров и всех жителей посёлка, так как живительная влага давала шанс на выживание и существование. В поселении, где жил Андрей, в основном проживали фермеры - жители маленькой деревни, которые спаслись, после инцидента и падения обломков метеорита, неподалёку в пещере. Андрей никогда не видел других людей...

Ночь накрыла городок липким летним зноем. Воздух, казалось, можно было резать ножом — настолько он был плотным и влажным. Старенький патрульный «Форд» Олега Петренко, рядового полицейского, сержанта с пятилетним стажем, лениво шуршал покрышками по растрескавшемуся асфальту улицы Ленина. В салоне пахло растворимым кофе, дешёвым табаком и резиной ковриков. Олег, парень лет двадцати семи с короткой стрижкой и усталыми глазами, одной рукой периодически держал термокружку, а другой — прижимал к уху старенький смартфон...

Страйк сидел за старым деревянным столом, стряхивая пепел с сигареты в пепельницу, и наблюдал за жизнью в баре «Пустынный орёл». Он ни с кем не разговаривал, погружённый в собственное настоящее, окутанное табачным дымом. В баре царила тишина, но по мере того, как Страйк замыкался в себе, окружающие начинали волноваться. Они знали: если его вызывают, задание чертовски важное и опасное. Как всегда, на него полагались в самых безнадёжных ситуациях. У Страйка не было тёплых слов или добрых жестов, но его эффективность в охоте на мутантов была бесспорной...

Я часто смотрю в окно и вижу как ветер гоняет мелкую песчаную пыль вдоль пустынной улицы. Редкие спутники проходящие по дороге оставляют отблески от металлических предметов одежды под палящим солнцем. Изредка по улице пробегают ребятишки вслед за проезжающими мотоциклами и очень редкими реанимированными автомобилями. Глядя, на беззаботных детей я вспоминаю свое детство и тот случай, который навсегда изменил нас… Я рос в маленьком поселении в те «лихие времена» в подножие гор. Все что мы знали, передавалось нам с рассказами старших сверстников, и стариков селения...

Запись №1. Начинаю трансляцию. Исследовательская группа проекта Х, отряд Сириус 3. Командир отряда. Первый. Начинаем операцию. Основной вход в бункер заблокирован. Электропитание отключено. Подключаемся к электронному замку. Подаем питание из портативного реактора. Питание получено. Аварийный код введен. Замок главного входа разблокирован. Дверь открыта. Бункер №7 один из секретных бункеров проекта Х. В данном бункере проходят исследования телепортации и объектов, которые ее усиливают. Связь с бункером пропала около 3 суток назад...

Холодный ветер гонял осенние листья по серому асфальту возле старой деревянной скамьи. Я шёл с работы в сторону дома. Этот день отчётливо врезался в память. Жена уехала в командировку, «мелкую» отвезли к бабушке, старшую оставила со мной. Наташе было уже почти четырнадцать. Совсем взрослая. Я шёл домой, чтобы перекусить, проверить уроки и посмотреть вместе очередной ужастик, которые Наташа очень любит. Жили мы тогда в «двушке», и младшая, Аленка, не всегда давала простор для просмотра любимых фильмов ужасов...

Под светофорами, мигающими в ритме новогодней иллюминации, город готовился к встрече долгожданного праздника. Ваня с нетерпением ждал момента, когда встретится с друзьями. Он знал, что эта встреча станет последней в старом году – они планировали отпраздновать вместе, впустить аромат мандаринов и праздничного веселья в свои сердца. На одной из центральных улиц, покрытых искрящимся снежным покрывалом, он увидел знакомую фигуру – это был Серега, его лучший друг с детства. Серега, с задорной улыбкой, мирно покачивал небольшую бутылку шампанского, заготовленную для праздника...

Чистый город Жара в Москве стояла невыносимая, асфальт плавился под колесами, и мысль о каникулах в душной обители, казалась Игорю личной пыткой. Поэтому, когда Максим с характерной для него размашистой улыбкой предложил: «Слушай, поедем ко мне, домой? Городок маленький, речка, воздух… Три дня, но как глоток свободы!» — Игорь, прагматик до мозга костей, согласился почти мгновенно. Юриспруденцию и мечты о прокуратуре на пару дней можно было отложить в сторону. С ним же ехал Иван, их общий друг, сокурсник...