Жизнь как волшебный роман

Рома появился у нас в октябре, с одной спортивной сумкой и виноватой улыбкой. Муж сказал: «Месяц-два, пока на работу устроится». Я кивнула, потому что спорить с Костей по поводу его родни было бесполезно...

Ольга нашла первую квитанцию случайно. Стирала его джинсы перед тем, как закинуть в машинку, и из заднего кармана выпал сложенный вчетверо листок. Перевод на имя Дарьи Сергеевны Комаровой. Сумма: восемнадцать тысяч рублей...

Нина тащила чемодан по лестнице на четвёртый этаж, потому что лифт снова не работал. Две недели в Новосибирске, обучение по новой программе бухучёта, гостиничный номер с видом на парковку. Она мечтала только об одном: горячая ванна и тишина...

Ирина услышала, как хлопнула входная дверь, и поняла: сегодня опять будет тихий вечер. Тихий не потому, что спокойный. А потому, что разговаривать им давно было не о чем. Она сняла очки, потёрла переносицу и закрыла ноутбук...

Пальто пахло нафталином и чужой жизнью. Ольга вытащила его из антресоли, чтобы отдать в приют, и почувствовала под пальцами что-то твёрдое во внутреннем кармане. Она решила, что это визитка или забытый чек...

Тамара услышала щелчок замка раньше, чем звонок в дверь. Это было странно, потому что ключи от её квартиры были только у неё самой и у Глеба. А Глеб сейчас на работе. Она вышла из кухни, вытирая руки полотенцем, и увидела в прихожей свекровь...

Я вернулась из роддома с дочкой на руках к чужим ботинками в прихожей. Большие, сорок пятого размера, мужские, аккуратно составленные у нашей двери, и пахло в квартире не нашим домом, а чужим табаком и жареным луком...

Соня стояла в прихожей в расстёгнутых сандаликах и держала в руках пластиковую коробку с бусинами. Бусины она собирала третий месяц, по одной, по две. Находила на детских площадках, выпрашивала у подружек в садике, однажды выменяла у соседского мальчишки за два мелка...

График висел на холодильнике, прихваченный магнитом в виде божьей коровки. Аккуратная таблица, расчерченная под линейку, с фамилиями по строкам и выходными по столбцам, и напротив моей фамилии стояло одно слово...

В то воскресенье я месила тесто в шесть утра, пока весь дом ещё спал. Двенадцать человек к обеду, и ни один из них ни разу не спросил, во сколько я встаю. Меня зовут Майя. Мне тридцать восемь, и пятнадцать лет я работаю корректором в типографии на улице, название которой никому ничего не скажет...

Она стояла на пороге в бежевом пальто, расстёгнутом на животе. Живот был месяце на шестом, может, седьмом. Круглый, аккуратный, обтянутый полосатой водолазкой. Я открыла дверь, потому что ждала курьера с маркетплейса...

В тот вечер Нина Тимофеевна пришла без звонка. Просто открыла дверь своим ключом, который Маша давно просила вернуть, и прошла в коридор, стягивая мокрые сапоги прямо на коврик. Маша стояла у плиты. Помешивала рагу...