Записки из "Страны мертвецов"

Как я, выйдя на свободу, едва не вляпался в кредитную историю Тюрьма, если кто не знал, – параллельный мир. Самый натуральный. Мало того, что информационно изолированное общество порождает искаженное представление об окружающей действительности – даже у тех, кто регулярно следит за новостями. Так еще и люди с воли тебя обычно не понимают (или понимают по-своему, как совершенно иная порода существ) – настолько кардинально тюремные реалии отличаются от «вольных» То же касается и сидельца, на многие годы насильственно запертого в ничтожном по объему мирке, где интересы у необразованной (по преимуществу) «массы» узки, мелочны и примитивны, по темничной присказке: шконка, каша и параша...

Две будничные истории из жизни экстремального журналиста Назойливо-душный август-2016. Храбрые «блюстители порядка» робко наблюдали за моими передвижениями во дворе (о чем я знал, но значения не придал), не решаясь на визит. Предполагали, что я опасен и могу оказать вооруженное сопротивление. В итоге, кое-как собрались с душком и беспрепятственно вошли, предъявив ордер. Правда, перестраховались, напротив дверного глазка поставив соседа, отсидевшего за кражу (обнес хату в своем подъезде, на том же этаже; зачем далеко ходить?). Думали, незнакомцам не открою, а с домушником я был немного знаком. Он, к слову, меня о слежке и предупредил, о чем не ведали менты...

Фильм Павла Таланкина – порождение выхолощенной свободы слова Я не видел многократно обруганный фильм, получивший «Оскара», про школьников из захолустного Карабаша – кроме нескольких кадров, промелькнувших в программе Алексея Пивоварова. Извините, привык, сидя в тюрьме, к регулярному просмотру «Редакции», разбавляя натужно-бодряческий тон официозного ТВ, и на воле привычку не утратил. Впрочем, до сих пор не могу привыкнуть к тому, что людей со 100%-й русской закваской объявляют в России «иностранными агентами». Напротив, «профессиональные русские» неясного происхождения (как тот полоумный, призвавший...