Дмитрий Новиков

Василий Васильевич Розанов (1856–1919) — фигура в русской культуре уникальная и, пожалуй, самая неудобная для любых классификаций. Религиозный философ, который разрывался между Ветхим и Новым Заветами; консервативный публицист, писавший в «Новом времени» и одновременно сочувствовавший революции 1905 года; литературный критик, который отказывался быть «объективным» и превратил рецензию в исповедь. Современники не знали, что с ним делать. «Сознательная беспринципность и двусмысленность его высказываний» — так аттестовала его советская энциклопедия . Владимир Соловьев дал ему убийственную кличку «Иудушка Головлев» ...

Часть 1. Романтизация Белого движения: «Рыцари чести в хаосе падения» Октябрь 1917 года стал для России не торжеством социальной справедливости, а национальной катастрофой, устроенной горсткой заговорщиков. На фоне этого преступления единственной силой, сохранившей облик государственной России, стало Белое движение. Белые офицеры — это цвет русской нации. Гвардейские полковники, кадеты, юнкера, георгиевские кавалеры — они не хотели власти для себя. Их идеалом была «Великая, Единая и Неделимая Россия». Они брались за оружие не из ненависти к народу, а из любви к Родине, которую большевики толкали в пропасть гражданской войны...

Введение Тема сотрудничества части населения с оккупационными властями в 1941–1944 годах остаётся одной из наиболее методологически сложных в школьном курсе истории. Сам термин «коллаборационизм» изначально описывал политическое взаимодействие, однако в советском и постсоветском контексте он быстро приобрёл устойчивую морально-правовую окраску. В учебной литературе явление нередко сводится к бинарной модели: «геройское сопротивление» против «массового предательства». Архивные материалы и современные исследования показывают иную картину. Коллаборационизм — не монолит, а совокупность разнородных практик, мотивов и институциональных форм, возникших в условиях системного кризиса...

Мы покупаем подписки на медитации, ищем «баланс работа-жизнь», гонимся за осознанностью и боимся выгорания. А две тысячи лет назад люди уже выстроили систему, которая помогала им не терять себя в суете, справляться с потерями и находить радость в обычном дне. Это не эзотерика. Это — античное «искусство жить». И оно было куда практичнее, чем кажется из школьных учебников. Греки: счастье как мастерство, а не случайность Для эллинов счастье не падало с небес. Его строили, как храм. 🔹 Эвдемония (εὐδαιμονία) — не «кайф» и не удача, а расцвет души. Аристотель учил: человек счастлив, когда его деятельность соответствует добродетели...

В современных дискуссиях о прошлом Россия до сих пор ходит по двум крайностям. Одни повторяют советские формулы: «тюрьма народов», «отсталая крепостническая монархия», «гнилая система, обречённая на революцию». Другие рисуют картину утраченного рая: «гармоничное многонациональное государство», «счастливые крестьяне», «империю погубили предатели и иностранные агенты». Истина, как это часто бывает в истории, находится не посередине, а в сложности. Российская империя к началу XX века была живым, противоречивым и быстро меняющимся организмом. Она не была ни застывшим средневековьем, ни утопией. Давайте...