Семейные войны

— Катюш, ну зачем тебе эта нервотрепка? — Денис нежно обнимал меня за плечи, когда я в очередной раз вернулась с работы за полночь. — Ты же женщина. Ты должна вдохновлять, а не отчеты строчить. Увольняйся. Я зарабатываю достаточно. Хочу приходить домой и видеть красивую, отдохнувшую жену, а не выжатый лимон. Я долго сопротивлялась. Я любила свою работу в маркетинге, любила свой доход и независимость. Но Денис был настойчив. Он буквально «душил» заботой: дарил абонементы в спа, возил в отпуска и каждый день твердил, что его главная цель — сделать меня счастливой дома...

— Ой, Ирочка, ну ты же знаешь, как сейчас всё дорого! — моя младшая сестра Света прижала руки к груди, преданно заглядывая мне в глаза. — Нам с Игорем просто не потянуть ресторан. А у тебя такая дача! Газончик, туи, веранда огромная. Давай просто посидим по-семейному? Мама, папа, мы и пара друзей. Шашлыки пожарим, в баньке посидим... Я — человек мягкий, а дачу свою просто обожаю. Вкладывала в этот участок каждую копейку: английский газон, сортовые розы, дизайнерская подсветка. Согласилась на свою голову...

Когда Полинке исполнилось девять, я впервые за долгое время почувствовала, что могу просто посидеть в тишине с книгой. Девять лет — золотой возраст. Дочка уже сама собирает портфель, помогает резать салат, у неё свои секреты, подружки и хобби. Мы прошли через всё: колики, первые зубы, бесконечные очереди в поликлиниках и мои попытки заработать хотя бы на пачку нормальной смеси. Я привыкла, что нас только двое. И тут, как гром среди ясного неба, возник «автор» этого чуда. Игорь исчез из нашей жизни, когда Поле было пять месяцев...

Катя всегда была «девушкой-праздником». В нашем маленьком провинциальном городке, где предел мечтаний — работа в администрации и отпуск в Анапе, она выглядела инопланетянкой. Безупречные стрелки, туфли на шпильках даже в гололед и вечное ожидание принца на белом «Мерседесе». Когда в её соцсетях начали мелькать фото огромных букетов из 101 розы и геолокация «Dubai Marina», мы, подруги, только вздыхали в курилке: «Ну вот, Катька-то вырвалась. Нашла-таки своего шейха». Её избранник, Саид, на фото выглядел как сошедший с экрана герой турецкого сериала, только богаче...

— Кать, ты просто не понимаешь. Ты мыслишь категориями дефицита. Твои пятьдесят тысяч в месяц — это потолок, который ты сама себе выстроила в своей голове. А я иду в масштаб. Я покупаю не просто курс, я покупаю энергию человека, который уже делает миллиарды в моменте! Я смотрела на Светку и не узнавала её. Мы дружили пятнадцать лет. Вместе проходили через общажную гречку в студенчестве, вместе радовались её первому серьезному назначению в банке. Светка всегда была прагматиком до мозга костей — считала каждую копейку, знала все условия по кэшбекам и вкладам...

Дом достанется не тебе, а сыну твоей мачехи» — отец открыл правду за неделю до моей свадьбы Я два года фактически не жила своей жизнью. Работа, аптека, дом отца, снова работа. После его инсульта всё легло на мои плечи. Мой жених Игорь вместо того, чтобы копить на свадебное путешествие, вкладывал деньги в папин дом. — Аля, надо котел менять. Старый зиму не протянет, отец замерзнет, — говорил Игорь, вытирая руки от мазута. — И забор завалился совсем. Давай я сейчас подлатаю, а летом нормальный поставим...

— Ой, Ирочка, ну не будь ты букой! Ты же всё равно дома сидишь, со своей Машенькой возишься. Одним ребенком больше, одним меньше — какая разница? Зато моим сорванцам на свежем воздухе полезно будет! — Алина, сестра мужа, со звонким стуком поставила на пол два огромных чемодана. Ира ошарашенно смотрела на золовку. За её спиной, как три маленьких урагана, уже носились по прихожей племянники: семилетний Денис и пятилетние двойняшки Соня и Варя. Ириной дочке, Маше, было всего восемь месяцев. Она только-только уснула, но от визга двойняшек тут же зашлась в плаче...

— Леночка, ну кто же так зажарку делает? Лук же почти сгорел, а морковь совсем сырая. Отойди-ка, я сама доделаю, а то Пашенька опять с изжогой мучиться будет, — голос Валентины Петровны прозвучал над ухом Лены внезапно, заставив ту вздрогнуть. Лена выронила лопатку. Она не слышала, как открылась входная дверь. Опять. Третий раз за неделю свекровь заходила в их квартиру, используя свой «запасной» комплект ключей. — Валентина Петровна, мы же договаривались... — Лена попыталась сделать глубокий вдох, чтобы голос не дрожал...

Вера вытерла руки о кухонное полотенце и тяжело опустилась на стул. Спина ныла после двенадцатичасовой смены, но в голове крутилась только одна цифра — сумма, которую она три года откладывала на операцию отцу. А в соседней комнате мать восторженно обсуждала по телефону меню в элитном ресторане и цвет платья для младшей дочки, которая в своей жизни не проработала и дня... — Мам, ты серьезно? — я вошла в комнату, даже не сняв куртку. — Ресторан «Плаза»? Выездная регистрация? Вы на какие шиши этот пир...

— Всё, Марина, вопрос закрыт. Квартиру я продала, задаток уже на руках. Завтра выписываетесь, — Тамара Петровна буднично отхлебнула чай, даже не глядя в мою сторону. Я замерла с тарелкой в руках. В голове не укладывалось, как можно было за один день разрушить то, что мы строили пять лет. — Как продали? — голос предательски дрогнул. — Мы же договаривались, что это наше общее жилье. Мы с Олегом пять лет вкладывали в него каждую копейку, ремонт делали, технику покупали. Как вы могли продать квартиру, в которой мы живем? — Вот так и смогла, — отрезала свекровь...

— Рита, не будь эгоисткой! У Артема тридцать лет бывает раз в жизни, — голос мамы в трубке дрожал от напускной обиды. — У него ипотека, двое детей, откуда у него деньги на ресторан? А ты у нас свободная, в банке работаешь, на моря летаешь. Тебе что, для родного брата жалко устроить праздник? Я слушала этот поток претензий и вспоминала, как в прошлом месяце сама откладывала каждую копейку на ремонт, пока «бедный» Артем покупал себе новую игровую приставку... В нашей семье всегда существовало негласное...

В нашей семье Люба всегда считалась «несчастненькой». Младшая двоюродная сестра, вечно не везет с мужиками, вечно на каких-то низкооплачиваемых работах. Когда её дочке Алинке исполнилось семь, Люба приползла ко мне в слезах: «Верочка, из квартиры выселяют, занять не у кого, помоги хоть на месяц, пока работу найду!». Мой муж, Игорь, тогда только-только начал поднимать свой небольшой бизнес по установке кондиционеров. Денег лишних не было, но я, добрая душа, настояла: «Игорь, ну родная кровь же. Места в трешке много, пусть поживут»...