Алексей Ку́пин

Струнные, духовые, народные, клавишные музыкальные инструменты, казалось бы, вполне достаточно. Но интерес к музыке и музыкальным инструментам требует новых открытий. Так в моё творчестве появились перкуссионные инструменты. В начале десятых годов на улице Пушкинской часто раздавались завораживающие звуки африканских барабанов — порой они сливались в целый оркестр. Я подолгу останавливался послушать, пытаясь уловить принцип игры на этих удивительных инструментах. В то время играл лишь на гитаре и аккордеоне, а джембе казался мне чем-то неведомым и почти недостижимым...

Продолжаю цикл рассказов о своей коллекции музыкальных инструментов. После гитары, аккордеона и духовых пришло время вспомнить о клавишных. В отличие от многих, я никогда не мечтал научиться играть на синтезаторе как пианист. Для меня он всегда был прежде всего рабочим инструментом — MIDI-клавиатурой для записи и аранжировки музыки. В начале нулевых казалось, что синтезатор — это окончательное решение для домашнего композитора: нажал кнопку — и вот тебе и барабаны, и бас, и целый оркестр. Всё, что только может поместиться в творческую голову...

Привет! Сегодня расскажу вам историю про духовые инструменты из моей коллекции — и про то, как музыка порой приходит к нам самыми неожиданными путями. Это единственный инструмент из коллекции, на котором я не играю. Труба - своеобразный мост в прошлое: подарок по наследству от человека, которого я никогда не видел, — моего тестя. У этой трубы своя небольшая драма. Когда‑то 9‑летний мальчик (мой тесть в детстве) очень хотел играть на трубе -настолько, что уговорил родителей её купить. Целый месяц он ходил в музыкальную школу...

В конце 90‑х я поступил в музыкальную школу по классу аккордеона — но параллельно начал самостоятельно осваивать гитару. Моя первая гитара появилась в доме ещё в 1997 году: бабушка привезла её из поездки в Ростов‑на‑Дону. В молодости она играла на семиструнной гитаре, и, увидев этот инструмент, решила, что он должен быть у нас. Гитара была шестиструнная, самая обычная — изготовленная на каком‑то мебельном заводе. Архивное фото 2002 года до сих пор хранится у меня. Обучение началось просто: знакомый в школе на перемене бегло нарисовал на тетрадном листке 14 аккордов...

Сегодня я поделюсь музыкальными историями своих аккордеонов — трёх инструментов, оставивших след в моей жизни. Каждый из них это не просто инструмент, а уникальные истории, сплетённые из судеб людей, эпох и событий. Первый герой моей истории — немецкий аккордеон HOHNER 1938 года выпуска. Он попал ко мне через семейную память: мой дед ушёл на фронт в 1944 году, служил водолазом в Севастополе — поднимал затонувшие корабли. Вернулся домой только в 1947‑м, и с ним был этот аккордеон. К сожалению, я не застал деда и не знаю, как инструмент оказался у него...