Повороты судьбы

Это знали все в городе, прифронтовом, пропахшем порохом и йодом, где власть переходила из рук в руки так же часто, как осеннее небо лило то дождь, то снег. Знали и хмурые обыватели, и одичавшие от бессонницы офицеры, и сестры милосердия, и пленные, которых проводили по главной улице к вокзалу...

Зима 1812 года выдалась злой. Французы отступали по Смоленской дороге, и снег, выпавший в этом году непривычно рано, уже не таял, а лишь утрамбовывался тысячами ног и копыт в ледяной наст. Поручик Алексей...

Утро после вчерашнего дня выдалось хмурым. Эмилия проснулась с ощущением, что внутри неё что-то меняется. Вчерашняя поездка на лошадях, разговор с Павлом, его слова о том, что она придаёт ему уверенность...

Москва, 1912 год. Варвара Алексеевна Голицына, урожденная княжна Долгорукова, стояла у окна своей гостиной на Пречистенке и смотрела, как за воротами особняка останавливается извозчик. Из пролетки выбиралась молоденькая женщина в скромном сером пальто — слишком скромном для дома Голицыных...

Утро после разговора под звёздами было странным. Эмилия проснулась с ощущением, что между ней и Павлом теперь есть что-то общее, что-то тайное, связывающее их крепче любых уз. Он знал её тайну. И не отвернулся...

Зимний дворец гудел, как потревоженный улей. Весть о перевороте, о том, что император Петр III отрекся от престола, а Екатерина провозглашена самодержицей всероссийской, разлетелась по городу быстрее воронья...

Эмилия, Павел и Лиза вышли из усадьбы . Солнце только поднималось над верхушками деревьев, роса блестела на траве, где-то вдалеке перекликались птицы. Лиза прыгала впереди, как маленький воробей, то и дело оборачиваясь и сияя улыбкой...

Декабрь 1916 года. Северная железная дорога. За окнами штабного вагона бушевала настоящая стихия. Метель играла в свою опасную игру, бросая в стекло пригоршни колючего снега, словно пытаясь заглянуть внутрь...

Глава 4 Эмилия стояла посреди пыльной улицы, сжимая в руке проклятую записку. Ветер трепал подол её неуклюжей юбки, где-то вдали лаяли собаки, из трактира доносился пьяный смех. А она смотрела на эти слова и чувствовала, как внутри всё обрывается...

Неаполь, 1345 год Герцогиня Санча Арагонская принимала просительниц в Зале нимф — небольшой комнате с фресками, где обнаженные девушки в виноградных листьях вечно плясали под кисти давно умершего мастера...

Сознание возвращалось медленно, толчками. Сначала Эмилия почувствовала, что лежит на чём-то жёстком. Потом — запах. Лаванда и пыль. Тот же запах, что и в этом кошмарном доме. Она открыла глаза. Та самая комната, в которой она проснулась впервые...

1986 год. СССР, небольшой промышленный город. Лена сбежала из дома, когда часы пробили полночь. Она вылезла через окно своей комнаты — первый этаж, старая рама, краска облупилась, но открывается легко...