Тёплые истории для души

Нина Семёновна не говорила о Верхнеречье никогда. Не то что запрещала – просто не говорила. Как не говорят о вещах, которые уже не изменить. Дочь её, Катя, знала только, что мама выросла в маленьком городке на Оке, что уехала оттуда в двадцать два года и больше не возвращалась. Несколько раз Катя пробовала спрашивать – и каждый раз получала одно и то же: «Да ничего там особенного. Городок как городок» – и мама меняла тему так привычно, будто делала это много лет. Верхнеречье появилось на экране навигатора случайно...

Квартира на Садовой улице была продана. Договор подписали в начале ноября, а к концу месяца Клавдия Андреевна должна была съехать – перебраться к дочери, в трёхкомнатную на окраине, где для неё уже освободили комнату и поставили новую кровать. Восемьдесят два года – это возраст, когда лестница без лифта становится проблемой, а не просто неудобством. Клавдия Андреевна жила на четвёртом этаже без лифта сорок лет и три последних из них отказывалась признавать вслух, что ей тяжело. Признала только один раз, в августе, когда остановилась на третьем пролёте и сидела на ступеньке десять минут...

Мама всегда говорила, что дача – это её. Не наша, не семейная, не «куда ездим летом». Её. Шесть соток в садоводстве «Рассвет», в двадцати километрах от города, с яблоней у забора, с грядками, которые она перекапывала каждую весну сама, и с соседкой Зинаидой Петровной, которую мама не выносила уже пятнадцать лет. Я привозила маму на дачу каждые выходные с мая по сентябрь. Сама оставалась ненадолго – разгружала, помогала с тяжёлым, пила чай и уезжала обратно в город. Дети, работа, дом. Мама понимала и не обижалась...

В сентябре на рынке всегда пахнет яблоками. Не теми, что в магазине, – а настоящими, кислыми, с пятнышком от земли, которые бабки складывают в ящики из-под рыбы. Я каждую субботу хожу на этот рынок уже двенадцать лет. Сначала с Костей, потом одна. С тех пор как он ушёл, я покупаю одно яблоко вместо пяти и не беру лишнего. Пятьдесят восемь лет. Я говорю это спокойно – без кокетства и без горечи. Давно научилась. Меня зовут Валентина. Я работала учителем русского языка и литературы тридцать один год, в прошлом апреле вышла на пенсию...

Свекровь три года рассказывала мужу обо мне небылицы. Он узнал об этом случайно Ксения всегда считала, что ей повезло с мужем. Антон был из тех людей, которые не говорят лишнего, не суетятся и не ищут поводов для ссоры. Они познакомились на выставке, куда Ксения пришла с коллегой почти случайно, задержались из-за дождя и разговорились у окна. Он был архитектором, она работала в рекламном агентстве дизайнером. Профессии похожие в чём-то главном: оба умели видеть то, что пока не существует. Поженились через два года...