Пишет стоматолог

— Мы уже в аэропорту, привыкай, — написал Артур и следом прислал фотографию: Тима у стойки регистрации, с чужим синим рюкзаком за спиной. Мальчик на снимке не улыбался. Он смотрел в камеру растерянно, будто не понимал, почему собрался в дорогу так внезапно и без мамы. Марина смотрела на экран телефона и не сразу поняла, что перестала дышать. Стакан с кофе в руке стал вдруг очень тяжёлым, и она поставила его на край стойки, так и не отпив ни глотка. Половина одиннадцатого, вторник, обычное рабочее утро...

За окном догорал сентябрь, во дворе пахло мокрой листвой и чьим-то костром. На кухне у Марины было тепло, чайник остывал на плите, а рядом с разделочной доской лежал её телефон экраном вверх. В большой комнате собралась родня мужа, звенели ложки, кто-то смеялся, пахло пирогом с яблоками. Марина знала этот дом наизусть. Знала, у кого какая чашка, кто не ест лук, кому положить кусок побольше. Пятнадцать лет она была здесь тем человеком, на котором держится любой праздник. Стол был накрыт так, как любила родня: салаты в больших мисках, горячее на два противня, домашний морс в графине...

— Потерпишь. Это же мои родители, сказал Игорь и даже не поднял глаз от телефона. Я стояла с мокрым полотенцем в руках и считала про себя. Три месяца. Пять человек. Одна ванная. "Мать с отцом лягут в зале, Костя на раскладушке в кухне. Тесно, зато по-семейному", добавил он спокойно, будто читал прогноз погоды. — А спросить меня кто-нибудь собирался? Или всё уже решено и обещано? — Вера, не начинай. Им ремонт делают, куда людям деваться. Я повесила полотенце на сушилку. Ровно, уголок к уголку. Мне сорок пять...

— Шторы тут менять придётся. Алиса стояла в её спальне с рулеткой и щурилась на окно, будто примеряла комнату по себе. Вера Степановна остановилась в дверях с кухонным полотенцем в руках. Язычок рулетки щёлкнул и уполз в корпус. "Два восемьдесят по высоте", проговорила невестка и занесла цифру в телефон. Она даже не обернулась. В комнате пахло чужими духами, сладкими и настырными. Пальцы у Алисы были быстрые, уверенные, как у человека, который тут дома. На кровати лежало сбитое покрывало. Поверх покрывала стоял чужой рюкзак, ровно там, где она спала двенадцать лет...