Твоя нейроповесть

# УРАВНЕНИЕ ### Книга первая *РеалРПГ / вторжение* --- ## Глава 1. Уравнение В тот день я последний раз в жизни ругался из-за нормального человеческого дерьма — из-за плохо протянутого нуля. Я сидел на корточках в щитовой на минус первом этаже новостройки, которую наша контора заводила под ключ, и материл проектировщика, заказчика, прораба и собственную мать, что родила меня электриком. Щиток был набит так, что туда не лезла рука, маркировки не было, а нулевая шина гуляла. Над головой у меня, восемнадцатью этажами выше, жил пустой ещё дом — без жильцов, без мебели, только бетон, кабель и я. Напарник мой, Витёк, торчал во дворе у фуры, курил и через рацию рассказывал мне, какой я медленный...

Топь дышит медленно под тяжестью пепла, что осыпается с неба ещё с тех пор, когда мой дед учился считать года по цветению железного тростника. Я сижу в нише обрушенной наблюдательной башни, слушаю, как влажное дерево стонет, когда прилив проталкивает чёрную воду сквозь остатки того, что древние карты называли Дублином...

Часть I. ФОН В комнате, где время измерялось только частотой обновления экранных строк и медленным, едва заметным глазу мерцанием люминесцентной подсветки за монитором, Николай Алексеевич Трошин уже третьи сутки методично, с упорством реставратора, перебиравшего кисточкой вековую пыль, исследовал оцифрованные...

Следующее утро пришло не с рассветом, а с гулом, похожим на потревоженный улей. Толик стоял на стене — пока ещё не стене, а груде битого кирпича, ржавых арматурин и мешков с песком, слепленных глиной из близлежащего ручья. За этой преградой, внизу, копошились люди. Бессистемные, как их здесь называли, те, кому Система не дала ни класса, ни даже искры опыта. Они чистили оружие, перебирали патроны, носили воду в вёдрах, скособоченных от времени. Толик смотрел на них и чувствовал не жалость — жалость была роскошью, которую Система отменила ещё в первый день. Он чувствовал ответственность, тяжёлую, как тот самый свиток перераспределения, что лежал теперь в сейфе под охраной двух часовых...

В доме ещё спали, когда Лиза проснулась оттого, что младенец, которого мать родила минувшей осенью и которого все по привычке продолжали звать маленьким, хотя маленьких в доме хватало с избытком, завозился в люльке, подвешенной к потолочной балке, заскрипел натужно и требовательно, и звук этот, похожий на скрежет плохо смазанной дверной петли, прокатился по комнате, заставив Лизу сесть на постели прежде, чем она успела открыть глаза. Она спустила босые ноги на холодный дощатый пол, нащупала пятками знакомые щели между половицами, в которых зимой гулял сквозняк, а к лету набивалась мелкая угольная...